Наверное, поэтому мы с ним почти не ругаемся. Только из-за каких-то мелочей, и то, как правило, быстро справляемся с недопониманиями.

После секса, вдоволь насладившись друг другом, собираемся ехать на очередное собрание в универ для распределения на практику вторых курсов. Я с ним за компанию, но хочу ещё кое-что уточнить у преподавателя по макроэкономике. Насчёт следующего года.

Светка верещит, что наконец закончился учебный процесс, а я вздыхаю, потому что хотела бы учиться дальше.

Я даже не представляю, какое лето нас с Лёшей ждёт, потому что он уже столько всего напланировал… И везде меня свозить, и всякое показать. От одних только мыслей голова кругом. Но мама говорит, что как раз это и показывает любовь мужчины. Когда он готов положить весь мир к твоим ногам. Мир, клей для обоев и валики для прикатки. Но это уже камень в огород моего дорого папули…

— Ну вот… Наконец-то, свободны. Значит, завтра же валим в турфирму, поняла меня?

— Да, поняла… — хихикаю, когда выходим с ним за руку из универа и меня как парализует. Потому что я вижу её… И весь мой мир на секунду застывает. Ровно, как и Лёша, который загораживает меня, заводя за спину. Словно боится, что она мне что-то сделает, блин. Я даже не ожидала её хоть когда-либо ещё увидеть. Она, кстати, изменилась… Внешне.

— Тебе чё надо?! Вали отсюда! — рычит он на неё издалека.

— Стой… Лёш… Ну… — выхожу из-за него и касаюсь его плеча. — Я сейчас приду…

Смотрю на неё и внутри странное ощущение. Нет былой ненависти. Вообще ничего. Пустота…

— Привет, Ир…

— Привет. Зачем пришла? Какими судьбами?

— Хотела… С окончанием курса просто поздравить.

Мне даже немного смешно становится. Особенно оттого, с каким посылом она это говорит. Я не верю в то, что люди способны меняться. Хоть убейте, не верю.

— Ну, спасибо…

— Я ещё хотела… В общем, извини меня. Я много думала… Ходила на терапию… И теперь закрываю гештальты… Перед тобой я сильно виновата.

Молчу, слушая её, пока Лёша неподалёку бесится, скрестив на груди руки.

— Да брось, я уже забыла, — отвечаю, потому что для меня нет никакого смысла с ней ругаться и что-то там высказывать. Какое бы она зло в прошлом ни причинила. Чужой мне человек. Абсолютно.

— А вы с ним хорошо смотритесь со стороны…

— Да, я согласна.

— Может, хочешь… Сходить куда-то и…

— Извини, — улыбаюсь я, помотав головой. — Не хочу. Но ты береги себя… А нам ехать пора. Так что, удачи тебе.

Она так и стоит там, когда я подхожу к Лёше и он обнимает меня, поцеловав в висок. И когда садимся в машину и когда уезжаем… Просто как зависла. И я понимаю, что правильно сделала.

Она никогда не была мне другом. Никогда не была близким человеком. И даже Света, с которой я сейчас пытаюсь выстроить дружеские отношения, намного честнее её. Да, она где-то бесит меня. Да, где-то очень отличается и напрягает, но… Она честна своей натурой. Не притворяется и я рядом с ней не ощущаю себя чем-то убогим и бесценным. Рядом с ней я могу говорить о том, что мне не нравится. Она на мне не паразитирует и не использует в угоду своим желаниям. Только для чего-то.

— Всё в порядке, Рай? — спрашивает Лёша, глядя на меня и положив на моё бедро свою ладонь, и я улыбаюсь, обхватив её своей.

— Да, всё лучше, Бессонов… Я в экстазе…

— Да ладно?

— Ага, ещё как…

Чувствую, как его рука ползёт выше и задирает моё летнее платье. Наглые пальцы касаются трусов, а я сильнее раздвигаю для него ноги.

— М-м-м… — вжимаюсь в сиденье, когда он надавливает пальцами и поглядывает на меня с восторгом. — Смотри на дорогу… Хочу жить…

— Я смотрю… Течёшь…

— Нет… Я горю…

— А можно мне с тобой?

— Нужно, Бессонов… Тормози машину… Будешь гореть вместе со мной…