Фил Уэйкер продолжил путь через белую пустыню. Время от времени ему приходилось огибать исполинские ледяные торосы, чьи пики преломляли звездный свет, вспыхивая радужными переливами. Это был жуткий мир – темный, призрачный, объятый дыханием смерти. Как ни пытался Фил, он не мог вообразить наземный мир свободным ото льда и воздушного снега, омываемый теплой атмосферой и ярко освещенный пылающим Солнцем. Все это казалось сном о прошлом, которого никогда не было на самом деле.

И все же благодаря атомной энергии такой мир мог бы стать реальностью…

Через час после того, как Фил расстался с женой, из темноты выросло массивное полусферическое сооружение. Из его круглых окон лился рукотворный свет. Этот вид заставил сердце Уэйкера забиться чаще, прогнав леденящую тоску, поселившуюся в душе во время одинокого перехода по замерзшей пустоши. Подойдя ближе, он увидел электромобиль-снегоход с вереницей груженых прицепов, доставлявших воздушный снег к шахтам подземного города. Фил зашел в разгрузочный цех и стал наблюдать, как рабочие в скафандрах открывают донные люки прицепов над решетками, пропускающими воздушный снег в огромный трюм. Там он начинал таять, превращаясь в жидкость, и перекачивался в различные вентиляционные узлы подземного города.

Вместе с рабочими Уэйкер вошёл в воздушный шлюз, а затем оказался в тёплых, ярко освещённых помещениях, занимавших половину купола. Люди выбирались из скафандров с заметным удовольствием.

– Эх, тепло! – пробормотал один из мужчин, растирая посиневшие руки. – Какое блаженство.

– Я буду счастлив, – простонал второй одеревеневшими от холода губами, – если в следующую смену меня отправят на обслуживание тепловых шахт. Хотя мне кажется, я уже никогда не согреюсь. В моих жилах застыл лед.

– А мне еще три недели торчать в этом ледяном аду, – горько бросил третий.

Громко зазвонил колокол. Люди оживлённо вскочили на ноги.

– Ну, по крайней мере, еда будет горячей! – раздался чей-то голос, в котором слышались почти радостные нотки.

Они потянулись через дверь в столовую. Из другой двери показалась следующая смена сборщиков воздушного снега – для них колокол послужил сигналом на выход. Мужчины молча, с удрученными лицами облачались в скафандры. Впереди их ждала суровая работа; время от времени кто-то не возвращался назад. Никто не знал, в какой момент наступит его черед остаться замерзшим трупом в беспощадной ледяной пустыне.

Уэйкер аккуратно повесил скафандр в стенной шкафчик. Затем растёр лицо, пытаясь восстановить кровообращение, которое, казалось, совсем остановилось от холода, и направился по коридору к лифту, курсирующему между поверхностью и ярусами в глубине. У решётчатой кабины он поприветствовал дежурного.

– Лифт будет через две минуты, – бесстрастно, монотонным голосом сообщил лифтер. Пятьдесят лет существования в суровых условиях этого мира истощили его дух почти до предела. В его мыслях царило либо горькое разочарование, либо полнейшая пустота.

– Мою партию угля доставили? – спросил Уэйкер.

– Двести фунтов. Мы погрузим его на сани, чтобы вы могли забрать груз на обратном пути.

– Всего двести фунтов! – воскликнул молодой ученый. – Я заказывал пятьсот, как обычно. Почему урезали норму?

Лифтер безучастно пожал плечами.

– Насчет этого вам придется поговорить с комиссаром по снабжению.

Он поднялся, чтобы распахнуть решетчатые двери подошедшего лифта.

Из лифта вышло с полдюжины мужчин и принялись помогать с разгрузкой доставленного груза – припасов для маленькой общины под куполом. Этим людям предстояло провести целый месяц на заготовке воздуха. Уэйкер шагнул в лифт вместе с еще шестью рабочими, отработавшими свою месячную смену на погрузке воздушного снега. Они были искренне счастливы покинуть поверхность планеты – точь-в-точь как в прежние времена шахтеры, возвращавшиеся из темного забоя, радовались выходу на свет.

Спустившись на пятьсот футов, кабина лифта остановилась. Пассажиры один за другим проходили перед дежурным, проверявшим каждого и направлявшим на очередное задание. Тем, кто имел жён, дозволялось договориться о совместных спальных местах.

– Уэйкер? – произнёс контролёр, заглянув в ведомость. – А, да. Ваш ежемесячный визит. В отдел снабжения, как обычно?

– Я думаю, мне придется лично встретиться с комиссаром по снабжению, чтобы заказать некоторые специальные материалы, – ответил молодой ученый.

Десять минут спустя, сделав необходимые телефонные звонки, дежурный протянул Уэйкеру талон.

– Лифт двадцать три до второго уровня, а там по синей линии монорельса до самого управления.

Уэйкер взял прокомпостированную картонку и сел в нужный лифт, идущий вниз, на второй уровень. На втором уровне он пересел в шумный монорельсовый вагон, медленно ползущий по направляющей, закреплённой под потолком огромной пещеры. Вагон шёл рывками, а под ним простиралась часть подземного города, приютившего остатки человечества. Это была круглая полость диаметром около мили. Её дно было сплошь застроено бесчисленными ячейками и отсеками и напоминало гигантские пчелиные соты. Каждый дюйм пространства использовался с научной рациональностью; плотная застройка поднималась вверх, оставляя лишь двадцать футов свободного места под плоским потолком для монорельсовой дороги и циркуляции воздуха.