— Ну, я тоже ещё не привык к новому статусу.

Отправив Сяо Ма отдыхать, я задумчиво оглядела кухню, а потом осторожно спросила уже уходящего Бай Шаня:

— А будет не опасно вот так его оставлять?

Над моей резко возросшей тревогой смеяться Бай Шань не стал, как и уточнять, что до этого мы уже оставляли мальчишку одного на хозяйстве. Просто тогда я не знала, что мой скромный домик — это для не слишком порядочных людей настоящая сокровищница.

— Я попрошу свою старшую сестру по секте поставить здесь дополнительный слой защиты. Она хороша в чарах и формациях, так что мало кто сможет пройти сквозь них, — на некоторое время он задумался и уточнил — Я могу даже попросить её присмотреть за учеником, но эта девица крайне неохотно покидает свой дом надолго.

— Я думаю, защитных чар должно хватить, — замялась я, понимая, что и за это мне придётся отдариваться, а просить не самого слабого практика побыть нянькой мне пока не по карману.

Пока я пребывала в своих мыслях, меня вдруг потрепали по волосам.

— Не стоит так много думать. Он и мой ученик тоже, — точнее, усмехнулся Бай Шань, — он просто мой ученик.

Ничего так не выводит из себя женщину, как попытка собрать чемодан. Причём здесь возникают две взаимоисключающие проблемы: вещей слишком много, чтобы влезть в условный чемодан, и одновременно — ну ведь нечего надеть. А звучащие где-то на фоне фразы «да кто там на тебя смотреть будет» не помогают, потому что смотреть будут. Я, конечно, не главная приглашённая звезда, но как минимум восемнадцатая строчка точно моя. Как минимум смотреть будут Фу Дай, если они экзамены заявятся. Так что мне нужно было новое платье, и не только. Впрочем, были свои плюсы в моём новом мире. В условный чемодан — подвеску, которую мне подарил Бай Шань, с хранением — можно было запихать практически весь наш дом.

Осознание того, что я ну ничего не успеваю, вызывало желание повыть на луну. Мне казалось, я не присела ни разу за эти дни. Мне под руку старались не попадаться, потому что бешеная алхимичка — это страшно. И да, под это дело пару новых платьев я всё-таки купила. На полноценную вышивку времени бы точно не хватило, а вот вшить что-то в уже имеющиеся я вполне смогу. Правда, насколько сработает — непонятно, но уж лучше так, чем совсем без ничего.

К тому же утром второго дня Бай Шань мимоходом заметил, что его сестра по секте сегодня около полудня забежит — охранки поставить. У меня даже сил разозлиться не было. Там Сяо Ма всё выскажет из разряда:

— Ну нельзя же так! У нас погром, а тут гости, и не приготовлено ничего. Из закусок в доме только битые огурцы, мыши не мыты, осёл не расчёсан, куст не полит.

Ладно, насчёт куста — это не правда. Он с момента разборок оклемался, кажется, немного подрос и научился плеваться пыльцой, после которой ты как пьяный — с сильной дезориентацией. Проверили на мне и Сяо Ма. Работает. А на Бай Шане — не очень. Пара секунд, не более. Потом всё как не бывало. Впрочем, как сказал сам Бай Шань, хваля куст:

— В настоящем бою и пара секунд играет свою роль.

Ну, Бай Шаню в этом плане я бы верила — у него опыта побольше в этом, чем у нас всех вместе взятых. Куст считал так же и теперь страшно гордился своей новой абилкой. Точно надо куст предупредить, чтобы он гостью пыльцой не обдал, а то нехорошо получится.

Уверенность в том, что гостей надо кормить, никуда не делась с того времени, что я оказалась в этом мире, а стала только крепче. Поэтому, пока Сяо Ма ругался с Бай Шанем и судорожно пытался навести красоту в доме, где все еще частично проломана стена, я решила приготовить грузинское национальное блюдо «жричедали». Несмотря на неблагозвучное название, получалось у меня, как правило, вкусно. В этот раз в состав входили лук, перец, редиска и нежнейшая капуста, тушёные с курицей в алхимическом котле, приправленные специями. Должно получиться неплохо. Для баланса вкуса — помидорки, свежий чеснок. Самое важное — сначала прижарить куски курицы по отдельности.

Неожиданно приготовление обеда обошлось без мышей, так что получившаяся пилюля досталась мне. «Цзин цзян дань» — «тихая стрела» — делала примерно на час шаги бесшумными и более стремительными, вот только побочкой было то, что кровь течёт медленнее и пульс почти не чувствуется. Вот только это точно побочка? Уж больно полезная вещь получилась.

— Вкусно пахнет, — раздался за моей спиной тихий женский голос.

Я подпрыгнула, развернувшись, увидела фигуру, закутанную в полупрозрачную чёрную вуаль. А я ведь даже шагов не слышала. О степени моего удивления внезапным появлением говорит то, что вместо того чтобы поздороваться и представиться, спросила только:

— Кушать будете?

Вуаль немного подумала и кивнула.

— Эй! — теперь уже мы обе подпрыгнули от резкого возмущённого голоса Бай Шаня. — Лян Хуа, тебе же не надо есть. В обычной еде есть шлаки, которые плохо влияют на уровень развития!

Это он о моей еде? — успела поразиться я, а вот возмутиться не успела.

— Тебе тоже не надо. В обычной еде есть шлаки, которые плохо влияют на уровень развития, — равнодушно заметила наша гостья.

Я с трудом сдержала улыбку, кажется, это называется «бросить камень в врага и уронить себе на ногу».

— Ты не понимаешь, — отмахнулся Бай Шань. — Это другое.

Я поперхнулась воздухом, глядя на него с ужасом. Вот уж не ожидала услышать подобное в этом мире, тем более из уст Бай Шаня. Впрочем, «ты не понимаешь, это другое» было универсальным аргументом. Как бы то ни было, наша гостья осталась на ужин. Оказалась она девушкой тихой, открывающей рот только для того, чтобы попросить передать: «Вот эти вот огурчики», «Возможно, кусочек чесночка», «И можно ли мне ещё порцию?»

С учётом её аппетита я решила, что миссия по принятию гостей исполнена. Дальше она постояла во дворе, пораскладывала какие-то камешки, чему-то довольно кивнула и направилась по своим делам, даже не попрощавшись. Я перевела взгляд на Бай Шаня: