Шрифт:
Он увидел их сразу.
Марк слишком близко.
Ника напротив.
Коридор пустой.
И тишина, в которой слишком многое читалось без слов.
Кирилл остановился.
На секунду.
Потом пошёл прямо к ним.
Ника почувствовала, как всё внутри снова собирается в тугой, опасный узел.
Потому что сейчас будет хуже.
Намного хуже.
И она уже устала быть между ними.
Но уйти не могла.
Не теперь.
Глава двадцать восьмая
Кирилл шёл прямо на них.
Не так чтобы и быстро.
Но сразу было понятно — сейчас не будет ни нейтральных кивков, ни вежливых фраз.
Ника это почувствовала раньше, чем он подошёл.
И впервые за всё время ей не захотелось отступать.
Не спрятаться.
Не уйти.
Не сделать вид, что ничего не происходит.
Хватит.
Он остановился в паре шагов.
Сначала посмотрел на Марка.
Долго.
Холодно.
Потом на неё.
И вот этот взгляд был еще хуже.
Потому что в нём не было злости.
Только разочарование.
— Понятно, — сказал Кирилл тихо.
Ника сжала челюсть.
— Что именно тебе понятно?
Он усмехнулся.
Одним краем губ.
Грустно.
— Всё.
— Отлично. Тогда можешь идти.
Марк рядом чуть сдвинулся вперёд.
Совсем немного.
Но этого хватило, чтобы напряжение в воздухе стало почти физическим.
Кирилл это заметил.
— Ты теперь будешь за неё говорить? — спросил он, не отрывая взгляда.
— Нет, — спокойно ответил Марк. — Но если ты начнёшь нести херню — закончу за тебя.
— О, как благородно.
— Кирилл, — резко сказала Ника. — Стоп.
Он перевёл взгляд на неё.
И вот тут стало по-настоящему тяжело.
Потому что он смотрел не как соперник.
Не как парень с хоккейной арены.
А как человек, который ещё вчера хотел быть рядом.
— Ты серьёзно? — спросил он.
Ника сделала вдох.
Глубокий.
Тяжёлый.
— Да.
— С ним?
Прямо.
Без обходов.
Она не отвела взгляд.
— Да.
Тишина ударила сильнее крика.
Марк рядом не двигался.
Вообще.
Но она чувствовала его — спиной, плечом, воздухом.
Кирилл опустил глаза на секунду.
Потом снова поднял.
И в этот раз в них появилась злость.
Нормальная.
Живая.
Ожидаемая.
— Быстро ты, — сказал он.
Ника усмехнулась.
Сухо.
— Не начинай.
— А что? Мне нельзя сказать?
— Можно. Но не так.
— А как? — он сделал шаг ближе. — Сказать “ничего страшного, Ника, иди дальше, я просто подерусь за тебя и уйду”?
Марк дернулся.
Она это почувствовала мгновенно.
— Стой, — бросила она ему, даже не глядя.
Он остановился.
Кирилл это тоже увидел.
И, кажется, это выбесило его ещё сильнее.
— Серьёзно? — он усмехнулся. — Ты теперь его останавливаешь?
Ника резко повернулась к нему.
— Я сейчас вообще всех остановлю, если вы не перестанете вести себя как идиоты.
— Мы?
— Да, вы!
Она шагнула вперёд.
Теперь уже между ними.
Осознанно.
Чётко.
— Вы оба, если вдруг не заметили, сейчас устроили цирк на льду. И угадай, кто в этом виноват в глазах половины команды?
Кирилл сжал челюсть.
Марк молчал.
— Я, — ответила она сама. — И мне это уже надоело.
Тишина.
Она посмотрела на Кирилла.
Прямо.
— Ты хочешь правду?
Он не ответил.
Но взгляд не отвёл.
— Ты мне нравился, — сказала она спокойно. — Правда.
Марк рядом напрягся.
Сильно.
Но она не остановилась.