Annotation
Если бы можно было коллекционировать что угодно в этой Вселенной, я бы коллекционировала людей. Каждый человек – есть бесконечный Космос. «Луна, 3033» представляет собой не рассказ, в привычном понимании. Оказавшись в условиях тотального одиночества и не имея возможности преодолеть его, главный герой оказывается один на один с холодным спутником Земли. И здесь ему предстоит столкнуться с единственным поистине непостижимым космосом – с ним самим. Рассказ представляет собой практически монолог, записанный в виде бортового журнала научно-исследовательской станции, располагающейся на Луне.
Маура Барановская
Сообщение I
Сообщение II
Сообщение III
Сообщение IV
Сообщение V
Сообщение VI
ЗАПИСЬ АВТОМАТИЗИРОВАННОГО БОРТОВОГО ЖУРНАЛА №1432
Сообщение VII
ЗАПИСЬ АВТОМАТИЗИРОВАННОГО БОРТОВОГО ЖУРНАЛА No3685
Сообщение VIII
Сообщение IX
Сообщение X
Сообщение XI
Сообщение XII
Сообщение XIII
Маура Барановская
Луна, 3033
Сначала было время. Оно было всегда. Никто его не просил. Оно просто шло вперед, чтобы однажды превратиться в мерный бой секундной стрелки на левом запястье. Было время. Тихое, теплое, тягучее. Ложное ощущение, сердечный ритм, пульсация крови за левым ухом. Время. Точка в пространстве, не зависимая от до и после, неповторимая в "здесь и сейчас" – невыносимая для осознания! Время…
Действующие лица:
Томас Лэнг – ученый-робототехник, исследователь Луны
Ио и Телегон – роботы-андройды, сотрудники лунной научно-исследовательской станции "Прометей"
ЛУНА, сектор Марлоу
КОСМИЧЕСКАЯ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ СТАНЦИЯ «ПРОМЕТЕЙ»
3033 ГОД
Сообщение I
«Когда наступил Апокалипсис, я думал о еде»…
Хм… Частенько вспоминаю эту цитатку в последнее время… кажется, она из какой-то старой книжки… Сейчас уже не припомню, про что там конкретно было. Скорее всего, про любовь… Конечно, моя запись в бортовом журнале вряд ли будет содержать много про любовь… Да он и не для этого вовсе…
Наверное, надо было начать вести бортовой дневник с самого первого дня, с моего прибытия на научно-исследовательскую станцию. Но я записываю его только сейчас, когда Апокалипсис действительно наступил. Правда, я узнал об этом только спустя девять дней и сорок семь минут. Кто-то на Земле решил, что пора бы уже нажать злополучную красную кнопку, и по планете прокатилась волна энергии невероятной силы. Взрыв был на столько мощным, что в его результате устойчивость Земли на орбите временно нарушилась, что не могло не отразиться на состоянии ближайшей её соседки и верного спутника – Луны. Луна отреагировала на происходящее очень бурно: девять лунных дней сильнейшие землетрясения и ураганы сметали все, что попадалось им на пути. Это просто чудо, что «Прометею» удалось устоять! Когда буря стихла, а космический грунт улегся, я выглянул в иллюминатор. Больше часа я вглядывался в космос, в ту сторону, где обычно виднелась Земля. Но вместо нее мне в ответ открывалась лишь зияющая пустота. Взрыв атомной бомбы за несколько часов превратил Голубую Планету в безжизненный обугленный кусок камня, бесцельно дрейфующий по орбите и таскающий за собой мой новый постоянный дом.
Раньше я мечтал о возвращении на ЗЕМЛЮ. Ночами я представлял, как прилечу и, эффектно снимая на ходу свой шлем, спущусь по серебристому трапу, ослепленный вспышками сотен фотоаппаратов. Понятно, конечно, что с таким шиком еще никому не удавалось приземление. Обычно, оно похоже скорее на столкновение, нежели на аккуратную парковку. Но мечтать-то никому не запретишь! Теперь, если верить своим глазам и отсутствию всякой связи, возвращаться некуда. Последние новости, дошедшие до меня с Земли, повествовали о том, что никогда еще часы Судного дня не были так близки к полуночи. Впервые в истории человечества счет шел даже не на минуты, а на секунды, отделявшие мир от величайшей катастрофы в истории. Сразу три крупнейших государства держали свои пальцы на красной кнопке. В этот раз разрядить обстановку не удалось никому…
И выжить тоже никто не смог. Быть может, какие-то люди и смогли укрыться от взрыва в бомбоубежищах, но сколько лет понадобится этим несчастным, чтобы восстановить науку, и вернуть меня обратно домой? Не исключено, что теперь обо мне никто даже и не вспомнит. Что толку с миссии освоения Луны, когда собственная планета в таком беспорядке… Хорошо, если с возрождением цивилизации, ко мне вернется земное телевидение и радиосвязь. Это если есть, что возрождать. А пока, меня зовут Том Лэнг, и я – единственный человек из ныне живущих…
Конец сообщения.
Сообщение II
Формально говоря, на станции нас работает трое. Я – старший инженер, чьей основной обязанностью является контроль и поддержание в исправном состоянии полностью автоматизированной исследовательской станции "Прометей" и всех её сотрудников.
Первым и основным научным сотрудником станции является Телегон. Именно он осуществляет анализ и систематизацию данных, собранных роботами по всей поверхности спутника, а так же докладывает о необходимости организации постройки или ремонта той или иной подстанции – одной из многих на Луне. Для простоты запоминания и вычисления координат, всем им дали одинаковые названия «Луна", и порядковый номер. ЛУНА-1, ЛУНА-2 и так далее. Всего в базе данных две тысячи, четыреста восемьдесят одна подстанция. А значит, две тысячи четыреста восемьдесят одна колония роботов, беспрерывно исследующих что-то на и под поверхностью Луны, не зная, что данные, переданные через «мозг" Телегона к Земле уже никогда не достигнут цели и не принесут никому пользу. Ах да, Телегон тоже робот.