— Всё, Чак, я тебя понял, — радостно ответил Дорс. — Никакого беспокойства с моей стороны. И да, всё заведение брать не вижу смысла, одной Местресс достаточно. Хотя… — здоровяк подмигнул. — Это ведь я про Брунгильду забыл. Ты же её в Мудавии не оставишь?

Я вздохнул:

— Если ты прямо сейчас не исчезнешь, я тебя именно к Брунгильде и отправлю. И уж поверь, Местресс до неё в некоторых вопросах очень и очень далеко.

Дорс, бросившись к двери, бросил на ходу:

— Да знаю я, слышал от проверенного источника. Глас, конечно, тот ещё урод, но на вранье его не ловили, так что я ему верю.

Прибрежный хребет сложно отнести к полноценным горам. Здесь нет вершин, что зимой и летом в снегах утопают; нет пропастей бездонных и скал, что вздымаются на многие сотни метров над головой. По моим прикидкам, рекордные пики даже до двух километров не дотягивают. И это при том, что моя армия продвигалась по одному из сложнейших маршрутов, где высоты местами достигали максимальных значений. Дальше к югу и северу местность плавно понижалась, и об этом я знаю не только по результатам изучения карт. За последние месяцы немало пообщался с купцами, охранниками караванов, наемниками и прочими людьми, которым доводилось выходить тамошними дорогами к морю.

Ближайшая политика империи читалась, как открытая книга, поэтому к возможному походу я готовился заранее и тщательно, информацию собирал везде, где можно. И сейчас там, где мои воины рыдали и стонали, чуть ли не на руках перетаскивая телеги по неудобным участкам троп, я лишь мрачнел.

Потому что знал, что это далеко не самый тяжёлый участок пути. Нам осталось несколько часов до лесистой котловины, где повозкам придётся хуже всего. Боюсь, мы там можем застрять дня на три-четыре.

А то и больше.

Да уж, изначально я полагал, что всё не настолько плохо и рассчитывал на более высокую скорость продвижения. Но, если подумать, это даже к лучшему. Появится дополнительный и весьма убедительный аргумент задержаться именно там, где надо. Пока солдаты будут день за днём пробивать дорогу через горный лес, я успею провернуть задуманную отлучку. Ведь именно по краю той котловины на юг протягивается тропа, по которой можно выбраться к тайному убежищу паченрави.

Но вообще-то изначально у меня были иные планы на то, как именно обосновать затяжную остановку.

И, увы, планы эти никак не получается осуществить.

Потому что, по моим расчётам, мы здесь должны кое-кого начать встречать, но пока что нет никаких намёков на присутствие тех, кто так мне нужны.

И это вдвойне плохо. Они ведь мне не только для создания алиби требуются, а и для усиления арбалетчиков.

Глядя, как солдаты, ругаясь, толкают телегу, застрявшую в русле ручья, я решил, что помогать им ледяной магией смысла нет и с интересом покосился на приближающегося разведчика.

— Господин, замечен небольшой лагерь неподалёку отсюда. Я рискнул опустить птицу, вблизи рассмотрел хорошо. Людей не видно, но по виду он не заброшен.

Я указал на приметную трёхглавую вершину:

— Случайно не под той горой?

— Да, господин, именно там.

— Так я и думал. Полагаю, это лагерь сборщиков орехов. Они там живут только в сезон, когда те спеют, остальное время в нём не души. Как и во всей округе.

Да, направление бесперспективное, но всё же и за ним мои разведчики приглядывают. То, что здешние горы считаются безлюдными, ничего не значит. Надо всегда и везде быть готовыми ко всему, поэтому наши «наблюдательные птицы» работают усиленно по всей округе.

За прошедшие месяцы я озаботился, помимо прочего и расширением штата разведчиков. Выбрал два десятка перспективных ребят, подкачал им Меру ПОРЯДКА и загрузил всех специфическими поручениями, при выполнении которых есть шанс открыть профильные навыки.

Восемнадцать бойцов их получили. Это даже больше, чем я ожидал за такой срок, но в таком деле запас карман не тянет. К тому же со столь приличным количеством птиц несложно устраивать массовые охоты на вражескую воздушную разведку. То есть мы сможем доминировать в небесах за счёт количественного преимущества.

Но и про качественное я не забыл. Подсуетился.

Для наблюдения удобнее всего использовать некоторых хищников: у них и зрение подходящее, и в воздухе они способны подолгу находиться. У разведчиков южан самыми популярными птицами являются разные виды кобчиков, мелкие ястребы, луни и пустельги, по весу обычно уступающие крупным воронам. Реже используются канюки, осоеды, коршуны и крупные ястребы, они уже с воронами сопоставимы по массе или немного их превосходят. Для ночных действий ограничиваются небольшими совами. Более крупные пернатые используются нечасто. С ними больше хлопот, а дополнительной выгоды от размеров нет.