Махмуддин на мгновение задумался, а затем просиял.

– Благодарю тебя за подсказку, Коля! Это действительно самый удобный способ.

Джинн сосредоточенно запыхтел дымом из кальяна, а черепичная кровля угловой башни, где по обычаю содержали наиболее опасных преступников, медленно, со скрипом отделилась от стены и поползла вверх. Следом за ней поднялся и ковер-самолет. Махмуддин, прищурясь, оглядел внутренности тюрьмы и еще раз затянулся.

Над стеной показались невозмутимый граф и его перепуганный, на время даже приумолкший слуга. Оба человека неподвижно зависли на фоне рассвета, а джинн на всякий случай уточнил:

– Они?

– Они, голубчики! – обрадовался Коля. – Неси их скорее сюда.

Вслед за ними тот же путь проделал и ругающийся вполголоса, ради соблюдения конспирации, барон. А вот с гномом вышла осечка. Вместо почтенного ученого джинн принес мирно дремавшего сержанта тюремной охраны.

– Не тот, Махмуддин! – отчаянно замахал руками землянин. – Наш гном не такой толстый, да и выглядит постарше.

– Вот так бы сразу и объяснил! – пробурчал сконфуженный ловец гномов. – Сейчас

достану другого. Только скажи, что мне с этим делать. Может, придушить? Видишь, он уже просыпается. Сейчас такой шум поднимет!

– Не нужно душить! Просто выброси, – сказал Коля первое, что пришло в голову.

Хотя, почему бы и нет. Судя по тому, что рассказывал Эйнли про гномов, падение с высоты в пятнадцать метров стражнику особо не повредит.

– Выбросить? Вниз? – переспросил джинн. – Так ведь он и там шуметь начнет.

– Ну, так зашвырни его подальше! – мигом нашелся землянин. – Только аккуратно, и главное – быстро.

– С удовольствием, – откровенно признался Махмуддин и безукоризненно выполнил приказ. Где-то за лесом раздался негромкий шлепок и отчаянная, но приглушенная расстоянием, ругань гнома.

Наконец, и Эйнли спустился с небес в объятия товарищей по заключению, крыша башни аккуратно встала на свое законное место, а ковер-самолет бесшумно полетел прочь от этого навевающего неприятные воспоминания места.

– А куда, собственно, мы летим? – спросил Черч, когда утихли первые восторги по поводу внезапного и благополучного освобождения.

Коля пожал плечами. За всей этой суетой он даже и думать забыл о том, что будет дальше. Но оказалось, что Махмуддин уже обо всем позаботился.

– Я приготовил для тебя, Коля, великолепный дворец возле самой границы Королевства, – торжественно объявил он. – Но уже на территории, подвластной нашему падишаху, так что гномы туда сунуться не осмелятся. В то же время ни один здравомыслящий джинн по своей воле тоже не заберется в такую глушь. Насколько я понимаю, это как раз то, что тебе нужно.

– Пожалуй, что так, – согласился землянин. – Только что мы там будем делать?

– Все, что угодно тебе и твоим достойным друзьям, о компас моей души!

продолжил свою цветастую речь Махмуддин. – Ручаюсь, тебе там понравится. Об одном прошу тебя – не приглашай к себе коварного джинна Фаргоддина и, если попадешь в столицу, избегай встреч с ним. Да и вообще лучше никому не рассказывай об этом дворце.

– Постой-постой! Уж не хочешь ли ты сказать, что просто стащил его у прежнего владельца, словно фирменную кружку из пивного бара? Я не стану жить в краденом дворце.

– Согласен с тобой, друг, – поддержал Колю барон Черч. – Как-то это не по-рыцарски.

Но джинна не так-то просто было смутить.

– Ты слишком односторонне смотришь на проблему, Коля, – поморщился он. – Да, я мог бы построить тебе новый дворец, но на это ушло бы никак не меньше полутора месяцев. Кроме того, падишах недавно издал эдикт, согласно которому любое возведенное его подданными здание подлежит государственной приемке. Каковая займет еще месяц. Не говоря уже о том, сколько вигрина уйдет на взятки членам приемной комиссии. Если твои друзья желают пожить полгода в палатке рядом со стройплощадкой, то пожалуйста. Я верну дворец на прежнее место и тут же займусь подготовительным циклом работ. А отомстить подлому Фаргоддину можно и каким-нибудь другим способом.

Разумеется, последний довод в корне изменил общее отношение к проблеме.

– Что же вы сразу все не объяснили, уважаемый! – так же страстно переметнулся на сторону джинна Черч. – Месть – это святое, и я посчитаю большой честью для себя участие в таком благородном деле.

Махмуддин с довольным видом задымил кальяном. А Коля спросил у барона:

– Значит, ты согласен остановиться у меня, Черчи?

– А какие у меня еще есть варианты, Коля? – ответил тот вопросом на вопрос. – Вернуться домой означает снова оказаться в тюрьме. И теперь уже без особой надежды на освобождение. Имущество мое, скорее всего уже арестовали, и ни один банк не откроет мне кредита без залога или гарантий другого банка. Не говоря уже о том, что большая часть таких контор принадлежит все тем же гномам. А без денег на чужбине – сам, небось, знаешь – делать нечего. Остается только одно – пойти в наемники. Ну, так это я всегда успею. Так что с удовольствием приму твое приглашение, Коля, – заключил барон. – А сам-то ты что собираешься делать?