– Наверное, - сказал Тео.
– Похож, вроде бы, на пастушью породу, особенно мордочкой, но точно я не знаю, да и он не помнит. Он у нас бродяжка.

Охранник, улыбаясь, протянул Гарику руку понюхать и потрепал его по плечу.

– Ах ты, красавчик!.. Да ничего, пусть... У меня тоже такой был, все породистые - дурные пижоны, люблю дворняжек. Деликатный мальчик... ты деликатный мальчик, да?.. А вот моего застрелили в деревне... гады эти, охотнички... Лучше б друг друга перестреляли...

– Можно, я его с вами оставлю?
– спросил Тео, глядя, как Гарик внимательно внюхивается охраннику в запястье. Трансформа с таким чутьем не проведешь, не может этот мужик быть плохим человеком.
– Я скоро, мне только щенку купить пачку овсяных хлопьев и кусочек мяса... Останешься с дядей, Гарик?

Гарик застенчиво отвернул острый носик и вздохнул.

– Не хочет, - усмехнулся охранник.
– Бывшим бродяжкам хозяев отпускать тяжело. Да возьми его с собой, чего там! Только пусть не перекидывается в магазине, а то еще скандал будет...

– Слышал, Гарик?
– сказал Тео строго.
– В магазине перекидываться нельзя, а то продавцы заругают и прогонят.

– И ничего не дадут, - покивал Гарик понимающе.
– Ах, я же не буду...

– Золотой парень, - сказал охранник с нежностью, которую было тяжело в нем заподозрить.

Гарик мелкими шажками, и вправду чрезвычайно деликатно, прошел мимо него и крепко ухватил Тео за локоть. Так они добрались до пирамиды пластиковых корзинок для покупок, выбрали одну и вошли внутрь магазина. Внутри оказалось удивительно многолюдно для вечернего времени.

В магазине щенок оказался впервые, и место это его очаровало. По утонченной тактичности, никем не воспитанной и, вероятно, врожденной, Гарик не лез носом в холодильники и на прилавки, где лежала пища, но его ноздри все время раздувались. Он наслаждался запахами.

Около рыбного отдела щенок вздохнул и облизнулся - тут запах бил в нос особенно сильно. Надо было иметь каменное сердце, чтобы уйти отсюда без покупки.

– Ты обопьешься, - сказал Тео, смеясь.
– Эта рыба очень соленая.

Гарик снова вздохнул и облизал капельку слюны с губ.

– Ах, я знаю... но вкусненькая...

Тео нагнулся, выбирая из холодильника маленький кусочек соленой рыбы - и тут услышал за спиной неприязненный голос:

– Смотри, Улаф, вот оборотень! Да вот, рядом с длинным парнем! Собака...

– Совсем обнаглели!
– ответил голос еще более неприязненный.
– Шляются со своими монстрами в общественных местах, как в порядке вещей... Без поводка, без намордника! Им наплевать...

Тео обернулся. Двое элегантно одетых пожилых мужчин бесцеремонно рассматривали Гарика. Их лица казались просто на замок закрытыми брезгливостью. Тео ничего не сказал, только обнял щенка и увел его в сторону.

Мясо нельзя было просто взять из контейнера - его предварительно взвешивали, и Тео с Гариком пришлось занять небольшую очередь. В магазине, при ярком электрическом свете, никто не мог бы спутать хищного трансформа с человеком. На них посматривали.

– Ой, какой барбос чудный!
– не выдержала спортивного вида девушка с корзинкой, полной пакетов с кефиром.
– Собака, как тебя звать? Давай лапу! Ну, давай, не стесняйся!

Гарик польщенно понюхал ее щеку.

– Гарик, ты что, нельзя!
– одернул Тео, но девушка рассмеялась.
– Ой, - спохватился он.
– Взвесьте пожалуйста, - протянул мясо в пакете хмуро ожидающей продавщице, которая только что лучезарно улыбалась предыдущему покупателю.

Та швырнула пакет на весы.

– А вы знаете, молодой человек, как выращивают этих несчастных коров?
– вдруг изрекла остановившаяся рядом благородного вида седая дама. Воротник ее строгого пальто закалывал значок с надписью "Друзья жизни", движения экологистов.
– В каких условиях они живут, как их потом убивают, знаете?

– Догадываюсь, - отозвался Тео. На пакет с мясом наклеили ценник, Тео, сопровождаемый щенком, направился к отделу бакалеи - и дама пошла следом.

В ее корзинке лежали коробки со злаками и большой пакет овощей.

– Жаль, что молодые люди ни о чем не хотят думать, - сказала дама.
– Вы, нынешнее поколение, озлоблены и бессердечны. Что для вас такое - конвейер смертей этих невинных измученных созданий, которые всю свою жизнь не видят солнца, не видят травы, а потом умирают в страшных муках? Вам и на человеческие смерти наплевать...