– Никто не собирается ломать шею. Мы просто потихоньку, совершенно без приключений скатаемся по дороге до озера. А потом развернемся - и так же без приключений вернемся назад.

– Нет.

– Вот что я скажу, - внезапно решил Фрэнк.
– У меня к вам есть дело.

– Какое еще дело?

– Вы когда-нибудь ездили на мотороллере?

– Я? Да я даже на велосипед никогда не садилась!

– Тогда попробуйте. Давайте! Я вас довезу до дома Теннентов - и сразу обратно. И если, прокатившись, вы все равно решите, что ездить на мотороллере опасно, вы так и скажете: "Фрэнк, это очень опасно", и тогда я сяду на свой мотороллер и укачу отсюда подальше.

Тетушка помедлила. В идее поездки было что-то весьма привлекательное.

Сара изрекла сквозь лист рододендрона:

– Не соглашайся, теть. Ты уже не молоденькая, чтобы носиться по улицам на мотороллерах.

И тут же поняла, что сделала неверный ход: тетя Вилли яростно развернулась.

– Не молоденькая?
– Она подарила Саре глубоко презрительный взгляд.
– Да мне едва-едва сорок исполнилось! Пусть у меня борода вырастет, если я вру!
– Тетушка шагнула вперед, и голос ее зазвенел.
– Кто это тут считает меня старухой?

Она держала посудное полотенце перед собой, как тореадор - красное полотнище. Полотенце трепетало по ветру.

– Никто ничего не считает, - устало отозвалась Сара. Она наконец уронила лист и ногой отбросила его со ступеней.

– Тогда хотела бы я знать, откуда берутся разговорчики о моем возрасте?

– Во всяком случае, - вмешался Фрэнк, - вы достаточно молодая, чтобы прокатиться на мотороллере.

– И я это сделаю!
– тетя Вилли отшвырнула полотенце, которое спланировало на спинку стула, и затопала по ступенькам.
– Пусть я сломаю шею, но я это сделаю.

– Только держись покрепче, тетушка, - крикнула Ванда ей вслед.

– Держаться покрепче? Знаешь ли, я ни за что в своей жизни так не держалась, как собираюсь ухватиться за этот мотоцикл!
– Она расхохоталась и заявила Фрэнку: - Заметь, я никогда еще не садилась на подобную машину.

– Тетя Вилли, мотороллер - это не более чем детская коляска с мотором.

– Ну-ну!

– Кажется, дела пошли на лад, - усмехнулась Ванда и позвала: - Эй, Чарли!

Дождавшись, пока брат выглянет из своей палатки, девушка сообщила:

– Посмотри-ка на тетю Вилли. Она собирается покататься на мотороллере.

Чарли наблюдал, как тетя взгромоздилась на седло за спиной Фрэнка.

– Вы готовы?
– спросил парень.

– Готова, как всегда, ты уж мне поверь! Давай-ка, поехали!

Слова ее перешли в неистовый вопль, когда Фрэнк надавил на газ, и мотороллер рывком тронулся вперед и покатил под гору, где вскоре исчез за поворотом. Но пронзительный, как птичий крик, визг тетушки еще некоторое время раздавался в неподвижном воздухе: "Фрэнк, Фрэнк, Фрэнк, Фрэнки-и-и-и-и-и!!!"

При первом тетушкином вопле Чарли неуверенно поднялся на ноги, тревожно глядя вслед родственнице, исчезающей под холмом. Вставая, он ухватился за ткань своей палатки с одной стороны и натянул ее, так что с другой импровизированные колышки вырвались из земли, и палатка несколько перекосилась и обвисла. Мальчик пошатнулся, потом восстановил равновесие.

– Все в порядке, Чарли, - Ванда поспешила на помощь брату, взяла его за руку и повела к крыльцу.
– Тетушка просто развлекается. Ей это нравится. Все хорошо. В чем это ты так измазался?

– Это здоровенный красный леденец, - объяснила Сара.
– Я тоже вся в нем извозилась.

– Пойдем-ка, я помою тебе руки под краном. Смотри, тетя Вилли уже возвращается.

Из-за угла дома Теннентов вывернул на мотороллере Фрэнк, одной ногой отталкиваясь от земли; тетушка на миг перестала визжать, чтобы крикнуть Теннентам:

– Берни, Мидж, смотрите, кто едет на мотоцикле!

После чего она снова начала верещать, и не умолкала всю дорогу вверх по склону холма. Наконец Фрэнк остановил мотороллер, и визг тети Вилли сменился смехом.

– Старуха! Тоже мне нашли старуху!

Все еще смеясь, она слезла с седла.

– Вы просто класс, тетя Вилли, - сообщил Фрэнк.

Пользуясь моментом, Ванда быстро подошла к калитке, стряхивая с рук капли воды.

– Ну так что, тетушка, можно мне поехать?

– Ох, да езжай, езжай куда хочешь, - махнула рукой та, смеясь и хмурясь одновременно.
– Это твоя собственная шея, ломай ее, если хочешь.

– Вам не о ее шее надо волноваться, а о моих руках, - усмехнулся Фрэнк.
– Честно сказать, тетя Вилли, у меня в руках кровообращение вообще остановилось.