Оставалась нерешенной еще одна важная проблема.

Как послать ответ Никите Орлову, чтобы его не перехватили люди генерала? Да и куда его посылать? Предложение Ника поместить информацию на сайт казалось слишком рискованным: не было гарантии, что Бладред ее не расшифрует. Но каким образом сообщить мальчику новые координаты его биотвинера, когда тот будет выведен с территории штаба генерала? Шарадов даже обратился за помощью к Катуяме в надежде, что тому удастся в короткое время создать новый канал связи между Кибрэ и НРУ-1 и они сумеют воспользоваться им раньше, чем генерал пронюхает о его существовании. Катуяма не на шутку встревожился. Похищение студента говорило о том, что генералу доступны куда более изощренные средства, чем они предполагали. Однако, как бы там ни было, биотвинера Никиты нужно было вызволить из плена.

Ровно в полдень Арсен отправился в нелегкое и полное опасностей путешествие. Его биотвинер уже ожидал мальчика вблизи космодрома Астронум – одного из немногих мест в НРУ-1, где представители Кибрэ имели преимущество над людьми генерала Бладреда.

Несколько секунд – и Арсен сидит на лавочке под высоким платаном. С моря дует легкий ветерок, мимо спешат по своим делам прохожие.

Первое, что требовалось Арсену, – это поскорее раздобыть защитный костюм. Затерявшись в толпе, он спустился на станцию скоростного метро и через шесть остановок оказался в центре города. Шумные проспекты Сиэтла-241 были застроены похожими друг на друга стеклянными небоскребами. Нигде Арсен не видел ни одного деревца, только раскаленный асфальт и зеркальные витрины. Солнце слепило глаза, футболка прилипла к телу, а он все плутал по городу в поисках нужной улицы. Чтобы запутать следы, если сканеры его уже заметили и за ним установлена слежка, Арсен вышел из метро на одну станцию раньше, не садился в автобусы и такси, шнырявшие по широким мостовым, и избегал оживленных улиц. Иногда он останавливался, чтобы отдышаться, купить минералки из автомата, а заодно оглядеться – не следят ли за ним. Автоматы проворно глотали розовые трансфунты и выдавали баночки с минеральной водой. К огорчению Арсена, вода была теплой и не освежала.

Через полтора часа, порядком подустав, он наконец оказался на Бридж-стрит у высотного серого здания с зеркальными окнами. Войдя внутрь, показал охраннику временный пропуск, на котором значилось: «Артур Арутюнов, стажер-лаборант „Компьютер-Коммюникэйшнз“», и поднялся на 76-й этаж. Фирма «Компьютер-Коммюникэйшнз» занимала все левое крыло, но ориентироваться в длинном коридоре было очень просто – на каждой двери висел номер.

За дверью № 18 должен был находиться не отдел этой фирмы, а лаборатория УНИКУМа. Еще совсем недавно таких лабораторий в НРУ-1 насчитывалось несколько десятков, однако большинство из них пришлось ликвидировать: генерал подобрался к ним слишком близко и проводить исследования стало небезопасно.

Арсена встретил Джон Эдванс, ученый, которому удалось сохранить свою лабораторию в НРУ-1.

– Прошу вас, Артур, пройдите тест. – Он указал на ближайший компьютер.

Арсен плюхнулся в кресло, радуясь прохладе, исходящей от кондиционера. После пятиминутного тестирования мистер Эдванс с облегчением вздохнул:

– Ну, здравствуй, Арсен! Как добрался?

– Честно говоря, жарковато тут у вас.

– Да уж, на холода не жалуемся. Но, боюсь, ты пришел ко мне за костюмчиком. Несмотря на жару. – Эдванс подмигнул.

– Что поделаешь, – вздохнул Арсен.

– Мы тут недели две назад испытания проводили. Причем не где-нибудь, а в самом логове генерала. Вон видишь, – Эдванс указал на подоконник, где стоял кактус, – маленький, а как красиво цветет. Это наш лаборант умыкнул из оранжереи генерала.

– У него есть оранжерея? – удивился Арсен.

– О, еще какая! Ваша оранжерея в Кибрэ – детский лепет по сравнению с генеральской. У него несколько секций: Джунгли, Тайга, Прерия, Пустыня…

– А пустыня-то зачем?

– Говорят, это его любимое место для размышлений. По мнению Бладреда, ничто так не стимулирует работу мысли, как созерцание пустого пространства.

– Мистер Эдванс, так я могу взять костюм? – напомнил Арсен.

– Ах да! – Ученый открыл дверцу металлического шкафчика. – Выбирай любой!

На крючках в шкафу висело несколько разноцветных, переливающихся на свету лоскутков. Арсен ткнул в синий и обернулся, вопросительно глядя на Эдванса.

– А нет ли, кроме этой, так сказать, одежды, – он смущенно улыбнулся, – чего-нибудь посущественнее, а то моя футболка совсем промокла.

Эдванс оглядел мальчика с ног до головы.

– Да, тебе надо переодеться.

– Эх, – мечтательно вздохнул Арсен, – если б еще и душ принять…

– Ну, душа нет, а вот освежающие полотенца имеются. И новая футболка с шортами найдется.

Эдванс распахнул соседний шкафчик, где на полочках лежали пачки упакованных в целлофан полотенец, с десяток футболок и шорт.

Арсен стянул с себя одежду, снял с крючка синий лоскуток и, чуть-чуть растянув его, приложил к груди. Струящаяся ткань тотчас обтянула все его тело, включая лицо и волосы на макушке, а потом бесследно исчезла, как будто растворилась в коже. Арсен осторожно дотронулся до плеча, даже потер его пальцем: вроде бы кожа как кожа. Надев оранжевую футболку и темно-серые шорты, он сказал:

– Спасибо, мистер Эдванс, я готов.

Эдванс повернулся и окинул Арсена оценивающим взглядом.

– Хорошо выглядишь, дружище. А сколько тебе еще костюмов надо? – спросил он.

– Наверное, два: для Орлова и для Бэйли. Нет, погодите, а вдруг мы и Анну найдем? Давайте три!

Кинув в сумку три лоскутка, Арсен распрощался с мистером Эдвансом.

Теперь предстояло самое сложное – проникнуть в штаб генерала и войти в контакт с биотвинером Никиты.

Конечно, в защитном костюме многое упрощалось. Пусть он не делал Арсена невидимкой, но сканировать его мысли генерал не мог, а это главное.