– А спросить не пробовал?

– Пробовал. Гомонинский говорит, вот-вот должны подвезти обалденно интересные экземпляры. Каких-то винтокрылых летучих мышей. Изучив строение их крыльев, можно якобы создать летательный аппарат, по скорости сравнимый с самолетом, а по надежности в десять раз его превосходящий.

– И ты веришь?

– А почему нет?

– А уйти отсюда не хочешь?

– Ты что, с ума сошел?! Где я в своей отсталой Павлоградской области такую лабораторию найду? Это для меня шанс заняться наконец чем-то серьезным!

– Ага, семечки перебирать…

– Да ну тебя, это ж временные неудобства.

Арсен понял, что уговорить Орловского уйти отсюда по-хорошему не получится. Он не поверит, что существуют разные Реальности, а винтокрылых мышей придумали, чтобы его одурачить. Арсен огляделся вокруг. Надо было найти такое место, где сам он, вернее, его почти бессознательное тело могло бы пробыть в безопасности довольно длительное время, пока он будет уводить биотвинера, вторгшись в его сознание. Лаборатория казалась мало подходящей для этого.

– Никита, а ты не мог бы проводить меня туда, где ты ночуешь? – спросил Арсен.

– Ты будешь жить рядом со мной? Здорово!

А то вечерами тут тоскливо. Пошли, семена долгоперышника подождут. – Мальчик быстро встал и направился к двери.

Арсен решил, что здешний биотвинер Орлова не такой уж плохой парень, жаль, времени нет все по-честному ему объяснить.

Жилище Никиты Орловского находилось примерно в километре от Пирамиды и напоминало охотничий домик. Вокруг стояло еще штук двадцать точно таких же домиков.

– Вот и свободные. – Никита показал на два домика. – Выбирай любой.

– Положим, этот. – Времени на раздумья не было. – Зайдешь ко мне?

– Ладно, – охотно согласился Никита, – расскажешь мне про себя.

Они вошли в домик и уселись в два ротанговых кресла-качалки, стоящих перед телевизором. Арсен повернул свое кресло так, чтобы можно было смотреть биотвинеру Орлова прямо в глаза.

– Я тоже всякие эксперименты провожу, – сказал он. – Вот однажды я взял и… – Арсен начал описывать, как перемещал свое сознание в мозг Ратуки.

Расчет был прост – постепенно, рассказывая про Ратуку, отдавать приказы Никите. Дело, однако, осложнялось тем, что Никита смотрел не в глаза Арсену, а на его губы – он же не слышал, а читал по губам. Тем не менее не прошло и пяти минут, как Никита вдруг воскликнул:

– Нет! Не может быть! Я… я слышу! Артур, я слышу твой голос!

– Вот и прекрасно. Слушай дальше очень внимательно, сосредоточься. – Арсен понял, что Никита слышит его мысли у себя в голове.

Еще через минуту Арсен почувствовал, что собственное тело слушается его все меньше, зато он уже отлично ощущал тело Никиты, понимал, что сознание Никиты вот-вот уснет.

Повторилась в точности та же ситуация, как при опыте с Ратукой. Арсен полулежал в кресле без сознания, свесив руки, а Никита был полон сил и… сознания Арсена. Все прошло даже легче, чем в Кибрэ. На секунду Арсену показалось странным, что он не встретил еще ни одного серьезного препятствия. Размышлять об этом не было времени – нужно было убираться из оранжереи, пока их не обнаружили.

Глядя на свое тело со стороны, глазами Никиты, Арсен испытал жалость. Нехорошо бросать его здесь. Неизвестно, как скоро удастся связаться с Ником, а если его тут найдут… Конечно, можно будет сразу перебраться в тело Арсена в Кибрэ, но потерять здешнего биотвинера – значит лишить себя возможности посещать НРУ-1. Арсен-Никита попытался поднять бесчувственное тело: тяжело, но, пожалуй, до выхода он его донесет.

Порывшись в сумке, он достал оранжевый лоскуток – защитный костюм. Приложил его к груди, как и в прошлый раз, чуть растягивая. Ткань быстро распространилась по телу и впиталась в кожу. Потом Арсен перекинул руку собственного биотвинера через плечо, покрепче обхватил его и шагнул к двери. Нет, все-таки слишком тяжело. Биотвинер Орлова был такой же неспортивный, как и сам Орлов в Основной Реальности, к тому же ростом и весом уступал Арсену. Секунду помедлив, Арсен попытался управлять сразу двумя телами. В голове появилась сильная пульсирующая боль, но зато его биотвинер смог стоять на ногах. И хотя голова просто раскалывалась, идти стало легче.

Добравшись до самодвижущейся дорожки, Арсен-Никита ступил на нее и втащил своего двойника. Теперь на несколько минут можно было присесть и расслабиться. Очень непривычно было, что он ничего не слышал. Никогда в жизни Арсен не ощущал такой гнетущей тишины вокруг. Он подумал, что Нику придется тяжело, когда он переместится в этого биотвинера. К счастью, на дорожке в этот раз было совсем пусто, и они беспрепятственно добрались до стеклянных дверей. Миновав двор с облезлой кошкой, колодец, подземный коридор и холл, прошли через сканеры и оказались на улице. Вечерело. Жестокое солнце смягчило свой нрав, скатившись к горизонту, ветер, как и прежде, гонял по асфальту обрывки газет, мимо проносились редкие машины. И думать было нечего пройти вдвоем тот путь, что Арсен преодолел утром в одиночку. Он решил поймать такси. Водитель третьей остановившейся машины согласился подбросить их до площади Рузвельта только после того, как Арсен показал ему пачку трансфунтов.