Голдстоун, или Эдвардс, или, быть может, форт Ирвин?

Он позвонил в справочную и узнал номер командующего военно-воздушной базой в Эдвардсе. Пока в трубке слышались гудки, Эдвард пытался придумать предлог для разговора. Реслоу прав: правдивый рассказ ни к чему не приведёт.

– Штаб генерала Фролиха. Говорит лейтенант Блант.

– Лейтенант, меня зовут Эдвард Шоу. – Он пытался говорить спокойно и складно, как телерепортёр. – Я и двое моих коллег видели реактивный самолёт, который упал в двадцати милях от Шошоне – городка, где я сейчас нахожусь.

Лейтенант мгновенно заинтересовался и принялся уточнять детали.

– Не знаю, как назвать этот самолёт, – продолжал Эдвард, тщетно пытаясь унять дрожь в голосе. – Он не похож на те, что мне известны, хотя, быть может… Ах, да, одному из нас показалось, что, судя по газетам, это «МиГ».

– »МиГ»? – В тоне военного чувствовался скепсис. На лице Эдварда проступило отчаяние. – Вы своими глазами видели, как самолёт упал?

– Да, сэр, и обломки… Я не знаю русского, но, полагаю, там надписи на кириллице.

– Вы уверены? Пожалуйста, назовите своё имя и скажите, какие при вас документы.

Эдвард повторил, как его зовут, и продиктовал номера удостоверения личности, водительских прав и – для полноты картины – кредитной карточки.

– Мы видели, куда падал пилот, но не нашли его.

– Он жив?

– Он висел на стропах парашюта, лейтенант, и выглядел живым, но его отнесло на скалы.

– Откуда вы звоните?

– Из Шошоне… Я не выяснил название магазина.

– »Чарлз Морган Компани Маркет», – подсказала брюнетка.

Эдвард повторил за ней:

– Городской бакалейный магазин.

– А вы смогли бы проводить нас к месту, где видели самолёт?

– Да, сэр.

– И вы осознаете, какое наказание вас ждёт, если это дезинформация?

– Да, сэр, сознаю.

Обе женщины смотрели на него широко раскрытыми глазами.

– »МиГ»? – переспросила изящная брюнетка с недоверием, когда он повесил трубку.

– Послушайте, – начал Эдвард. – Я соврал им, но не собираюсь скрывать правду от вас. Мне нужна морозилка.

Эстер побледнела так, будто собралась упасть в обморок.

– Сто происходит? – спросила она. – Стелла, в сём дело?

Её и без того протяжная речь замедлилась, по посеревшему лицу струился пот.

– На вас вся надежда, – обратился Эдвард к Стелле.

Она оглядела Шоу с головы до ног и обратила внимание на его пояс и молоток в кожаном футляре.

– Вы ищете камни? – спросила она.

– Я геолог.

– Откуда?

– Из Техасского университета.

– Вы знаете Харви Бриджа из…

– Калифорнийского университета. Конечно.

– Он появлялся здесь прошлым летом… – Она заметно смягчилась. – Эстер, сходи за шерифом. Он в кафе вместе с Эдом.

– Не думаю, что надо вмешивать в это кого-нибудь ещё, – заметил Эдвард.

Плохое предчувствие.

– Даже шерифа? Хорошо. Эстер, отправляйся домой. Если я не дам о себе знать через полчаса, иди к шерифу и опиши ему этого человека. – И Стелла кивнула в сторону Эдварда.

– С вами нисего не слусица? – спросила Эстер, барабаня толстыми короткими пальцами по прилавку.

– Всё будет в порядке. Иди.

По магазину, изучая книжные корешки на полках, бродил один-единственный покупатель. Заметив взгляды Стеллы и Эдварда, он направился к двери, недоуменно пожимая плечами.

– Ну, что случилось? – спросила Стелла.

Эдвард велел Минелли подогнать машину к заднему входу магазина и повёл Стеллу навстречу «ленд-крузеру».

– Нам нужно прохладное тёмное место, – объяснил он, пока они ждали.

– Я хочу знать, в чём дело, – упорствовала женщина, решительно выдвинув подбородок и склонив голову набок. Она стояла, подбоченясь. Казалось, её ноги вросли в линолеум. Поза Стеллы лучше всяких слов показала Эдварду, что она больше не потерпит увёрток.

– Там, в пустыне, появилась новая гора, – начал он.

Минелли подкатил машину к магазину. Не желая прерывать объяснение на полуслове, Эдвард открыл дверцу и отбросил в сторону мокрые полотенца.

– Я хочу сказать – не просто незнакомая… Новая. Её нет на картах. Её там быть не должно. Мы нашли это рядом с ней.

Голова, похожая на митру, чуть приподнялась, и три глаза цвета хереса уставились на троих людей. Реслоу остался на улице на случай появления прохожих.

К её чести, Стелла не вскрикнула и даже не побледнела. Она только склонилась над лежащим существом.