Принц, в великолепном шелковом халате, развалился на диване среди бархатных подушек с кисточками. Он лежал близко к ярко горевшему камину, зрачки его сузились до двух крошечных точек из-за принятого опия, нижняя губа раздраженно подрагивала. Тяжелые атласные портьеры на окнах не пропускали утреннее солнце.

– Думаете, я не слышу, о чем говорят люди? А я все слышу! Они предполагают, будто это я убил леди Англесси. Я! – Пухлые пальцы принца крепко сжимали пузырек с нюхательной солью. – Вы должны, Джарвис, что-то предпринять. Заставьте их понять, что они ошибаются. Все не так!

– Мы пытаемся, сэр. – Джарвис говорил спокойно, но твердо. – Поэтому так важно, чтобы вы рассказали лорду Девлину о вчерашнем происшествии как можно точнее.

С трудом сглотнув, принц взглянул на виконта, одетого в безукоризненно сшитый камзол. Он небрежно подпирал плечом стену с китайскими обоями, сложив руки на груди и сосредоточенно разглядывая натертые до блеска носки своих ботфортов. Георг мог не понимать, почему Девлин согласился быть втянутым в это отвратительное дельце; он мог даже подозревать, что молодой виконт сам совершил убийство. Но Джарвис знал принцу хватит прозорливости осознать, что попытки придворных врачей и судьи представить смерть маркизы как самоубийство принесли ему больше вреда, чем пользы. Георг нуждался в помощи и смирился с этим.

Прикрыв глаза одной рукой, принц прерывисто вздохнул.

– Бог свидетель, я ничего не знаю.

Девлин поднял на него глаза, и вопреки ожиданиям Джарвиса, в них читался легкий интерес, а не раздражение.

– Вспомните, сэр, как начинался вечер, – заговорил виконт, отходя от стены. – Как вы оказались в кабинете с маркизой?

Георг вяло уронил руку.

– Она прислала мне записку с предложением встретиться.

Джарвис немало удивился, но Девлин, как ни в чем не бывало, просто спросил:

– Вы сохранили записку?

Принц покачал головой. Лицо его ничего не выражало.

– Нет. А зачем?

– Вы точно помните, о чем в ней говорилось?

Регент был известным любителем рассказывать небылицы: то он хвастался выдуманными подвигами на охоте, то развлекал гостей за своим столом невероятными рассказами о том, как вел войска на битву, хотя военный мундир надевал лишь на официальные церемонии. Но, несмотря на огромную практику, Георг оставался никудышным вралем. Сейчас, едва сдерживая предательскую улыбку, принц посмотрел прямо в глаза Девлину и смело заявил:

– Не совсем. Помню только, что она пожелала встретиться со мной в Желтом кабинете.

Джарвис так и не понял, сообразил Девлин, что принц лжет, или нет. У молодого человека была редкая способность скрывать свои мысли и чувства.

– Значит, вы нашли ее здесь? – уточнил виконт. – В Желтом кабинете?

– Да. Она лежала на диване перед камином. – Принц сделал попытку приподняться. – В этом я уверен. Помню; я еще восхитился отблесками пламени на ее обнаженных плечах.

– Вы заговорили с ней?

– Да. Разумеется. – В голосе принца прозвучала нотка величественного нетерпения. – Надеюсь, вы не ждете, будто я вспомню каждое произнесенное мной слово?

– Вы не помните, отвечала ли она вам?

Принц открыл было рот, но потом снова закрыл.

– Не уверен, – не сразу ответил он. – Я хочу сказать, я не помню, как она мне отвечала. Но, наверное, все-таки что-то она говорила.

– Да, это было бы логично предположить, – сказал Девлин, – если только она уже не была мертва, когда вы пошли в комнату.

Обычно румяные щеки принца побледнели.

– Боже милостивый. Вы так думаете? Но… как такое возможно? Я хочу сказать, что, безусловно, заметил бы это. Разве нет?

Девлин так и впился взглядом в лицо принца. На какую-то долю секунды Джарвиса посетило сомнение, что случалось с ним крайне редко. Он уже не был уверен, так ли мудро поступил, решив привлечь к расследованию виконта.

– Сколько времени прошло между тем, как вы вошли в кабинет, и минутой, когда леди Джерси открыла двери из музыкального салона? – обманчиво небрежно поинтересовался Девлин.

Принц принялся смущенно одергивать полы халата.

– Кажется… по-моему, я уснул.

Смысл фразы не вызывал сомнения. Глаза молодого виконта понимающе блеснули.

– В таком случае у вас есть основания не сомневаться, что дама была жива, когда вы вошли в кабинет.

До принца дошло, какой вывод сделал Девлин, и его щеки из мертвенно-бледных внезапно стали темно-бордовыми.

– Нет-нет, – поспешил он разуверить своего собеседника. – Это не то, что вы думаете. Я не дотрагивался до нее. Абсолютно точно. Как только я направился к ней, у меня подвернулась лодыжка, и я присел в одно из кресел.