Боевой опыт подтвердил насущную необходимость иметь в составе танковых армий дорожные части. Без них тылам танковых армий почти во всех, особенно в глубоких наступательных операциях, приходилось работать в совершенно неустроенных и необеспеченных путями подвоза и эвакуации районах местности, освобожденных от противника. Это весьма ощутимо сказывалось на своевременности подвоза материальных средств войскам.

Большие затруднения возникали также при организации комендантской службы, из-за отсутствия специально подготовленных для решения этих задач частей и подразделений.

В целом организационные изменения в составе танковой армии, происшедшие в годы войны, способствовали повышению ее ударных, огневых и маневренных возможностей. Были созданы более благоприятные условия для решения задач разведки, противовоздушной обороны, тылового обеспечения. Включение в армию новых частей боевого и тылового обеспечения придавало ей большую оперативную самостоятельность.

Органы управления войсками танковых армий однородного состава обеспечивали успешное решение стоящих перед ними задач. В ходе войны их структура и техническое оснащение совершенствовались с учетом боевого опыта и роста наших экономических возможностей.

Первый штат полевого управления танковой армии был утвержден Ставкой ВГК в феврале 1943 г. ( схема 2 ). По своей структуре оно было почти аналогично полевому управлению общевойсковой армии и танковых армий смешанного состава.

Вместе с тем предстоящий характер действий танковых армий предопределил при их создании ряд особенностей состава органов управления. В частности, они были несколько подвижнее общевойсковых и танковых армий смешанного состава, имея на 15–20% меньше личного состава. Кроме того, в составе полевого управления отсутствовало управление командующего БТ и МВ армии.

Опыт первых наступательных операций танковых армий в 1943 г. (Орловская, Белгородско-Харьковская, Киевская и др.) показал, что структура полевого управления танковых армий в основном отвечала характеру решаемых задач, но имела, однако, ряд недостатков. Например, работа штаба усложнялась при оценке своих войск, так как не было специального органа по учету укомплектованности и потерь личного состава армии, задача эта до конца 1943 г. решалась совместными усилиями оперативного отдела штаба и отдела кадров. Отсутствие отдела военных сообщений (ВОСО) затрудняло контроль за продвижением транспортов со снабженческими грузами и их выгрузкой. Управление бронетанкового ремонта и снабжения не имело штаба, вследствие чего затруднялось планирование технического обеспечения и руководство подчиненными.

Изобилие острых боевых ситуаций, скоротечность боевых действий выдвинули на первый план вопрос быстрого сбора, обработки информации, передачи распоряжений войскам. В этих условиях ограниченное количество офицеров, связанных с оперативной работой в штабе, особенно в его оперативном отделе, отрицательно сказывалось на управлении войсками, а следовательно, и на деятельности войск. Органы управления, и в частности штаб, все еще оставались малоподвижными из-за большого количества личного состава в подразделениях обеспечения и обслуживания.

В течение 1944–1945 гг. структура органов управления танковых армий совершенствовалась. Увеличены были возможности штаба с точки зрения более оперативного решения вопросов управления войсками. В штаб армии был введен отдел укомплектования и учета потерь. Личный состав штаба сократился со 103 до 88 человек, главным образом за счет лиц, не связанных непосредственно с руководством войсками. Несколько перераспределились функциональные обязанности внутри органов управления. В результате в оперативном отделе штаба, например, возможности по трудозатратам, связанным с чисто оперативной работой, возросли почти в два раза. Удельный вес подразделений обеспечения и обслуживания в штабе армии снизился с 40 до 21%. Укомплектованность штаба, по опыту 1, 3 и 4-й танковых армий, стала составлять 100% и более вместо 60–65% в 1943 г.

Усилены были и другие органы полевого управления. В управление тыла введены отдел военных сообщений и политический отдел, в управление бронетанкового ремонта и снабжения — штаб. Установлены должности заместителей начальников штабов и отделов. Вместе с тем узким местом органов управления оставалось отсутствие специальных отделений по организации и осуществлению оперативной маскировки, радиопротиводействия, комендантской службы.

Для бесперебойного управления войсками армия располагала радио-, проводными и подвижными средствами связи. Прохождение информации обеспечивалось: отдельным полком связи, в котором насчитывалось 10–15 радиостанций, в том числе 3–4 большой мощности, 18 телеграфных аппаратов; отдельным авиационным полком связи (32 самолета ПО-2); ротой подвижных средств (15 автомашин повышенной проходимости, 17 мотоциклов, 18 бронемашин); 4–5 кабельно-шестовыми и телеграфно-строительными ротами42.

Опыт наступательных операций танковых армий в 1943 г. показал, что тактико-технические данные радиосредств не в полной мере отвечали потребностям организации связи по радио, так как дальность ее установления в движении не превышала 25–30 км, переговоры могли прослушиваться противником вследствие наличия единого диапазона волн, пропускная способность каналов связи была невысокой. В то же время именно радиосвязь должна была стать основной в условиях высокоманевренных боевых действий. Недостаточное количество радиостанций большой мощности при наличии необходимости поддерживать ими связь со штабом фронта, соседними армиями, двумя-тремя корпусами первого эшелона, кроме того, снижало возможности армии в установлении отдельных направлений с соединениями первого эшелона, передовыми отрядами, разведкой, между пунктами управления. В результате, как свидетельствуют материалы отчетов отделов связи ряда танковых армий, до 50% информации проходило с задержкой по отношению к выработанным нормативам на 1–3 ч.43 Ограниченные средства связи, в частности радио, имели начальники родов войск и служб, а также части (подразделения) боевого и материально-технического обеспечения.