Реб Янкель осмотрел пострадавшего и обнаружил, что тот действительно чудесным образом избежал серьезных повреждений, отделавшись несколькими ранами и раздробленным запястьем. Молодой хасид разорвал свою рубашку на полосы, тщательно выстирал их в снеговой воде и перевязал раны.

Сидя на полу, прислонившись спиной к каменной стене, купец делил с Реб Янкелем скудный седер. Если бы к нему пожаловал сам Элиягу га-Нави [*] , он вряд ли обрадовался бы ему больше, чем этому неожиданному гостю, обретенному в сердце пустыни.

Ни Реб Янкель, ни купец никогда не осознавали значения чуда Песаха с такой глубиной, как в эти минуты, проведенные при свете горящего полена, заменившего им лампу.

Никогда раньше вкус мацы не казался им таким божественным и исполненным смысла - таким он должен был казаться детям Израиля на пути к свободе. А четыре чаши вина, разделенные поровну, принесли вдохновение и более полное понимание четырех путей божественного освобождения от земного бремени.

Купец уже давно спал, а Реб Янкель все еще праздновал седер и размышлял о значении каждой из фраз Гагады [*] . Вдруг пещера осветилась ярким светом, хотя полено давно превратилось в тлеющую головешку. К величайшему изумлению юного хасида, перед ним появился образ рабби Баруха, который ласково спросил: "Янкель Козловер, скажи, ты по-прежнему думаешь, что Господь обретается в богатстве и чистоте, а не в нищете и грязи?"

Реб Янкель огляделся. Его глаза словно впервые увидели наготу и грязь пещеры, ноздри его почуяли отвратительный запах, исходящий от животных, а на столе не было ничего, кроме молока, сыра, мацы и вина. И все же Реб Янкель был счастлив, как никогда раньше: Господь спас ему жизнь, дал пищу и кров на десять недель и, что важнее всего, именно здесь Он открыл ему истинные пути молитвы и познания.

"Воистину, достопочтенный Учитель, вы открыли мне глаза и указали дорогу к пониманию", - ответил Реб Янкель с благодарностью, и все его существо наполнилось восторгом от сознания того, что он выполнил свою миссию.

Через несколько дней спасатели, посланные на поиски купца, обнаружили их, и Янкель Козловер вернулся в мир. Он переступил порог своей школы-иешивы куда более смиренным и мудрым, чем тот человек, который покидал ее.

Со временем он и сам стал Учителем, духовным вождем, способным зажигать сердца молодых евреев, стремящихся к истине.