— Прекрати зубы заговаривать! Почему вообще это дерьмо произошло? Откуда «Тень»? Кто ты такой, сволочь?

— Я Синдзи, — буркнул он, опустив голову. — «Т-тень»… Она привязалась.

«Трепло».

— Ну надо же?

— Д-да. У меня заказ. К-конфиденциальный, — тихо сказал парень, подняв честные глаза. — В шестнадцатой зоне я п-пересекся с «Тенью», те запросили мои данные и п-потребовали принять партию досмотра…

— Во-первых, гонево, — я нацелилась в него указательным пальцем. — Во-вторых, тупое.

— Но это п-правда! — вскинулся тот.

Я с сожалением смотрела на парня. Попытка была довольна неплоха, учитывая наивную рожицу и честный открытый взгляд, но, увы, ты сегодня встретился с инквизитором, обормот. Голосовые модуляции и микромимику от меня никуда не спрячешь, а твое лицо и голос прямо орут: «Я врунишка! Я сейчас тебе такого нагорожу!»

— Это «не» правда, Синдзи, — раздельно сказала я. — Выкладывай.

Он вдруг встал, и я напряглась: да, резака у него больше нет, но мало ли — корабль-то его.

— П-пойдем со мной.

«Что за новости?»

— Куда еще? — спросила я, поднимаясь.

— В т-трюм. Покажу груз.

— И на что он мне сдался?

— П-поймешь, почему я не пустил партию досмотра.

Это становилось интересно, к тому же взыграли инстинкты инквизитора, а если инквизитор и бывает бывшим, то инстинкты точно в увольнение не спешили. Я шла за худой сволочью, осматривала корабль и понимала, что здесь все не так. Странный контрабандист на неимоверно крутом фрегате напарывается на «Тень», пытается уйти от нее, и сверхдредноут вместо того, чтобы послать по его следу каких-нибудь мелких сошек, сам бросается в погоню. Оно, конечно, действия Его Тени неисповедимы… «И тем не менее, обормот врет мне, но надеется чем-то убедить. Это все странно, дико странно».

Я на всякий случай проверила оружие.

— Сюда.

Дверь в трюм открылась — и такого загаженного грузового отсека я еще никогда не видела. Здесь, похоже, не убирались отродясь: какие-то обломки органической тары, которая уже начала подгнивать, ворох странных тюков — об их закреплении никто не подумал, и они рассыпались по всему дальнему краю помещения. Еще здесь имелся высокий бокс биологической защиты — эдакая цистерна из непрозрачного стекла с кучей оборудования у основания — и один здоровенный ящик с военной маркировкой.

Короче, я бы поисковую партию сюда тоже не пустила. Стыдно.

— Да. Срач, — подытожила я вслух.

— Т-так трясло ведь, — буркнул Синдзи. — И это…

— А принайтовывать грузы ты никогда не пробовал?

Я была разочарована: у такого великолепного корабля — а даже ребра жесткости в трюме были великолепны — и такой убогий капитан. Он что, этот фрегат на мусорке нашел?

— Г-гляди сюда.

Я подошла ближе к большому ящику, куда меня и подзывал Синдзи. В голове проносились варианты: сейчас оттуда что-то бросится, какой-нибудь хищный актиноид; меня туда утянет — это, например, гравитационный компактор; там мина… Но обормот-капитан стоял рядом с приоткрытым боксом, и большую часть возможных каверз пришлось отмести.

Бокс был льдисто-серым, как камуфляж климатических войск с агрессивных планет, и маркировка оказалась абсолютно незнакомой, и вообще, я с трудом разбирала слова: там будто кто-то под трафарет набивал жаргонные словечки. А вот под толстой крышкой, которую сдвинул Синдзи, обнаружилась вполне узнаваемая вещь.

— Хм, это восемьсот шестая статья, обормот, — сказала я, изучая генную бомбу. — Ты в курсе, что ты офигенный мудак?

— М-мне заплатили, — сухо сообщил Синдзи.

Я покосилась на него.

— О, не сомневаюсь. И, полагаю, неплохо. А ты видел когда-нибудь планеты после таких штуковин?

Слетать бы на фронтир, я бы ему показала. Тамошние пираты любят колонистов такими пугать, и пару несговорчивых планет для острастки они обработали. Крайне выгодное оружие: и твои соседи становятся шелковыми, и ты получаешь планету уродов, биомассы, и вообще — торгуй не хочу такой кунсткамерой. Самое приятное, что уже через полгода использование генной бомбы не доказуемо: ну, пробудилась фауна планеты, покушала колонии.

Бывает.

Но это все лирика, а вот выводы — выводы просты: Синдзи — сволочь. На «Тени», видимо, знали о выкраденной генной бомбе (откуда отправители ее свинтили, кстати?), галактика очень жестока, поэтому мой фрегат погиб из-за беспринципного сукина сына.

Курс ему тот же понравился, видите ли.

— Видел, — неожиданно сказал Синдзи. — Его Тень сбросил такую на мою родную планету.

«Ни разу не заикнулся», — сообразила я, наблюдая за его профилем, и только во вторую очередь до меня дошел смысл сказанного.