— И все?

— Да.

Она рассмеялась, и ему показалось, что в этом смехе отчетливо прозвучали нотки облегчения.

— Боже мой, никогда не думала, что я такая скучная и неинтересная.

— Тайны нравятся только тем, кто их не имеет. В большинстве случаев тайна означает, что человек пошел на риск и проиграл. О тебе такого не скажешь, и в этом вся разница.

— Спасибо, Оуэн, ты очень добр ко мне. Признаюсь, я не очень хорошо отличаю оправданный риск от всякого другого. Правда, мне не часто приходится рисковать по-крупному, но когда я это делаю, мне просто всегда везет, вот и все.

— В таком случае постарайся сохранить это везение, Кэсс. Как бы там ни было, Фрейзер остался доволен тем, что я рассказал ему о тебе и отчасти о Ричардсоне. Но он наотрез отказался поверить, что я рассказал о Еве. Конечно, я не стал упоминать о ее темном прошлом и о пристрастии к героину, но он что-то заподозрил. Она показалась ему слишком чистой и незапятнанной. Думаю, что любовный пыл заметно подогрел его интерес к ней и стал причиной излишней подозрительности.

— Что? У них роман?

— Тебя это удивляет?

— Нет, — медленно произнесла Кэсси, — но все как-то неожиданно. Впрочем, она достаточно хороша собой.

— Да, но это их личное дело, и давай оставим их в покое.

— Почему ты сказал мне об этом?

— Как почему? Из-за ревности, естественно, — мгновенно отреагировал Куэйд и широко улыбнулся. — Короче говоря, Фрейзер почувствовал, что в этой женщине есть нечто, скрытое от посторонних глаз, и попросил меня установить за ней круглосуточное наблюдение. Он хочет, чтобы я откопал что-нибудь интересное.

— Ну и что же тебе удалось откопать?

— Что это весьма занятная особа.

— Почему? Что в ней особенного?

— Понимаешь, дело не только в ее поступках или поведении, хотя сами по себе они тоже достаточно любопытны. Она какая-то странная. В ней есть что-то неуловимо настораживающее.

— Расскажи как можно подробнее, прошу тебя.

— Хорошо. Постараюсь. Возьмем, например, вчерашний день. Она встала в половине седьмого утра и около часа бегала вокруг парка. Затем вернулась домой, оделась и пошла в небольшое кафе, где выпила чашку кофе, съела два пирожных и запила стаканом апельсинового сока. После этого целый час провела в банке «Кэйс Рид», а после окончания переговоров долго гуляла в парке, сидела на скамейке и бродила по магазинам. Обедала она в ресторане «Савой Грилл» с Фрейзером, потом вернулась домой на часок. Ближе к вечеру пошла в спортзал дзюдо, что на Фулхэм-роуд и тренировалась там допоздна. Похоже, это серьезное увлечение.

— Насколько серьезное?

— Ну, скажем так: она может вытряхнуть из меня все потроха. Понятно?

— Господи! А что было после дзюдо?

— Она снова вернулась домой на несколько часов. Потом ты ворвалась к ней, как штормовая буря, если судить по твоему внешнему виду. А когда ты ушла, примерно через полчаса, то есть около одиннадцати, Ева вышла из дома в сногсшибательном вечернем платье и вскоре оказалась в частном клубе на Мэйфере. Мы не знаем, с кем она там провела время, — нас туда не пустили. Через пару часов она вышла оттуда и отправилась к Фрейзеру, где и провела остаток ночи.

Куэйд сделал паузу, давая Кэсси возможность переварить информацию.

— Просто невероятно. Какой-то калейдоскоп событий, и все она делает спокойно и даже слегка монотонно. Такое ощущение, что она то и дело меняет свои маски. С одной стороны, ведет почти спартанский образ жизни, занимается дзюдо, а с другой — ходит по ресторанам и частным клубам. А потом — секс с Фрейзером… Удивительная многогранность интересов.

— Да, это любопытно, — согласился Куэйд. — Она занята многими вещами и все делает на удивление легко, красиво и спокойно. Ты права, такое впечатление, что она постоянно играет роль в каком-то необыкновенном спектакле.

— Вот именно. Может, она знала, что за ней следят?

— Не думаю. Во всяком случае, она не дает нам повода для подобных предположений.

— Еще бы. Если у нее есть опыт, то это нетрудно скрыть.

— Что значит «есть опыт», что ты имеешь в виду? — мгновенно отреагировал Куэйд.

— Я и сама не знаю, что имею в виду. Вероятно, ничего особенного.

— Нет-нет, ты что-то скрываешь от меня. Так дело не пойдет. Если ты хочешь, чтобы я поделился с тобой своими секретами, то веди себя соответствующим образом.

— Нет, дело не в том, что мне что-то известно. Просто меня одолевают подозрения.

Куэйд упорно ждал от нее откровенности.

— Ну хорошо, — сдалась наконец Кэсси. — Но только не вздумай насмехаться. — Она хотела произнести эти слова как можно беззаботнее, но у нее ничего не вышло. — На днях я разговаривала с одним крупным экспертом по алмазам. Он давний друг Ричардсона и согласился помочь мне. Он рассказал немало интересного, а затем сделал что-то вроде предупреждения.