— В следующие выходные я веду свою футбольную команду на матч, — сказал он, пытаясь хоть как-то отвлечься. — Не хотите присоединиться к нам?

Таш и Бенджи посмотрели на него так, будто он только что подарил им команду «Коллингвуд» в полном составе.

— Ты не шутишь? — воскликнула Таш.

— Правда? — встрепенулся Бенджи.

Брент хмыкнул:

— Правда. Я не шучу. И тетю Грейс можете с собой прихватить.

Бенджи умоляюще посмотрел на тетю, сложив свои маленькие ручки на груди.

— Пойдем, тетя Грейс? Я знаю, ты не любишь футбол, но пойдем, пожалуйста! Пойдем, пойдем, пойдем?

Грейс рассмеялась:

— Да, думаю, да. — Она взглянула на Брента: — Ты уверен?

Уверен ли он? Конечно нет. Но, по крайней мере, его будет отвлекать целая толпа детей. К тому же там слишком людно, чтобы он мог наброситься на нее.

Через час игра закончилась, и Грейс решила, что детям пора спать. Те и не думали сопротивляться. Даже Таш была не против отправиться ко сну в половине девятого вечера. Они попрощались с Брентом, и Грейс отвела их в свою спальню.

В их комнатах еще пахло краской, и находиться там было небезопасно.

— Я полежу с Бенджи, пока он не заснет, — сказала Таш, укладываясь рядом с братом. — А потом перейду на матрас.

Грейс посмотрела на матрас Таш, расстеленный на полу рядом с кроватью.

— Можешь спать вместе со мной, — сказала она. — Кровать большая, места на всех хватит. Так, наверное, будет удобнее.

Таш стиснула зубы и покачала головой:

— Нет, спасибо.

Грейс до дрожи пробрал вежливый ледяной отказ племянницы, но она постаралась не показывать этого.

— Ладно, — кивнула она. — Без проблем.

И все же по пути в опустевшую гостиную она боролась с тяжелым чувством отчужденности и обхватила себя руками, стараясь сохранять самообладание. Брент вышел из кухни, держа в руках два доверху набитых мусорных пакета, несколько пустых коробок из-под пиццы и ключи от машины.

— Я тоже поеду, — сказал он, не давая себе времени на размышления о том, почему так торопится покинуть этот дом. — Это я выброшу в мусорный контейнер по дороге.

Грейс кивнула.

— Давай, — сказала она, забирая у него коробки. — Немного помогу тебе.

Она вышла вслед за ним через парадную дверь, все еще думая о Таш. От этих тяжелых мыслей ее не могли отвлечь ни прохладный ночной воздух, ни даже потрясающие ягодицы Брента, мелькавшие перед ее глазами.

Они бросили свою ношу в мусорные баки за гаражом, и Брент направился к машине, припаркованной на подъездной аллее у дома. Он нажал на кнопку на ключах, и четыре моментально вспыхнувших огонька осветили сгустившийся полумрак.

Он остановился у водительской дверцы.

— Что ж, до встречи на работе. Когда у тебя следующая смена? — спросил он.

Грейс, все еще поглощенная мыслями о Таш, на секунду задумалась.

— Во вторник.

Брент кивнул. Его сердце колотилось в груди — он чувствовал себя подростком на первом свидании, который не может осмелиться на поцелуй.

Но он не собирался целовать ее.

Он потянул на себя ручку и открыл дверцу автомобиля:

— Тогда до вторника.

Мягкий щелчок вывел Грейс из забытья. Где же ее хорошие манеры?

— Прости, — извинилась она. — Я немного отвлеклась.

Немного отвлеклась? Брент чуть было не застонал, когда она оперлась бедром о дверцу заднего пассажирского сиденья и до него донесся медово-ванильный аромат ее губ.

Вот уж кто действительно отвлекся, так это он!

— Не знаю, как отблагодарить тебя за эти два дня. Мы бы так быстро не справились, да и детям очень нравится проводить с тобой время. Ты нашел общий язык с Таш, а Бенджи просто счастлив от того, что теперь может играть в команде.

Брент точно знал, как она могла бы отблагодарить его. С помощью рук, губ и обнаженного тела.

Грейс посмотрела на него: он стоял перед ней, такой большой и теплый, но лицо его скрывала тень, и она не видела выражения его глаз. Тем не менее ее захлестнуло острое желание забыться в его объятиях.

Как в старые добрые времена.

— Ты так хорошо с ними ладишь.

Брент услышал в ее голосе ноту страдания. Проклятье!

— Ты тоже отлично ладишь с ними.

Грейс отчаянно хотела, чтобы это было правдой. Она покачала головой: