Так продолжалось целый год, и ничего не менялось. Мое душевное состояние все больше приближало меня к решению покончить с собой. Лучше гнить в сырой земле, чем жить в постоянном страхе. Проблема была лишь в том, как это сделать. В доме Рея не было ни одного острого предмета, словно он догадывался о моих мыслях и отрезал все пути к воплощению моего желания в жизнь.

Отчаянье топило меня и засасывало в пучину безумия. Я планомерно сходила с ума и не видела выхода из сложившейся ситуации. Рей сломал меня и превратил в безвольную куклу, слепо подчиняющуюся его желаниям. Не знаю, сколько бы это продолжалось, если бы в один день пятнадцатилетняя дочка нашего альфы не бросила вызов своему отцу. Она не стала ждать пока ее отдадут на растерзание одному из ягуаров, а взяла судьбу в свои руки и боролась за свободу, показывая пример нам всем. Я находилась дома, когда услышала ее зов.

'Альфа мертв! Я убила его! Обращайтесь, сестры, и разорвите своих обидчиков!' - пронесся голос Ламии в голове.

В тот момент я, не раздумывая и секунды, бросилась на улицу и увидела черного ягуара, вокруг которого по кругу расхаживали шестерки Люциана. Она не боялась, лишь угрожающе рычала и готова была одна биться против них всех. В тот момент я поняла, что отныне никто не посмеет поднять на меня руку, а уж тем более взять силой против моей воли.

Когда один из ягуаров бросился в сторону Ламии, я обернулась и молниеносно сбила ублюдка с ног, вгрызаясь в его шею. Я с остервенением рвала когтями и клыками его плоть, впервые в жизни испытывая наслаждение. Он явно не ожидал нападения, поэтому сначала растерялся и дал мне тем самым несколько секунд форы, которых с лихвой хватило, чтобы загрызть его до смерти. Мое обращение послужило спусковым крючком. Все самки обращались и нападали на самцов, разрывая тела на мелкие кусочки и заливая землю их кровью.

В тот день мы победили и признали Ламию своим вожаком. Она пообещала нам свободу и сдержала свое слово. С того момента прошло десять лет, и наша жизнь круто изменилась. Больше никто не смел причинять нам боль. С тех пор я преданно служу Ламии и готова отдать жизнь за нее, ведь она подарила мне новую жизнь.

Вот только прошлое не отпускает меня ни на минуту. Глаза и голос Рея преследуют меня повсюду, даже во сне, но я придумала способ утихомирить боль, разрывающую душу на куски. Каждую ночь я выхожу на охоту. В чем она заключается? Все просто: ночь - пристанище насильников, а я - возмездие, которое настигает их в самый неподходящий момент. Я убиваю их, долго и мучительно. Я заставляю их прочувствовать всю боль, которую они причиняют женщинам. Это приносит мне облегчение и умиротворение. Это моя таблетка от мучений кратковременного действия, но по-другому я не могу.

Вот и сейчас внутри все разрывало от щемящей боли в области сердца. Мужчины приносят только страдания. Я, наверное, недостойна любви, раз каждый раз так обжигаюсь. Я сильная и справлюсь с этим. Забуду о Маркусе и продолжу жить так, как раньше. Что может быть проще? После того, что я пережила, какое-то сопливое чувство не сможет сломать меня. Моя сила в равнодушии и безразличии, главное, быть подальше от него.

– Нет! Нет! Нет!
– послышался женский крик.
– Пожалуйста, Майкл, не надо!

Запах страха вперемешку с похотью и агрессией ударили в нос. Да как он посмел?! В нашем лесу! Тварь! Не теряя времени, бросилась на крики.

– Да ладно, крошка, ты же тоже этого хочешь, - прижав девушку к дереву и грубо поднимая ее платье, охрипшим голосом шептал мужчина, покрывая мерзкими поцелуями ее шею.
– Я сделаю тебе хорошо, не сопротивляйся.

– Майкл, прошу тебя, - захлебываясь слезами, шептала она, пытаясь оттолкнуть его, но сил у нее явно не хватало. Мужчину же это лишь распаляло и он уже начал рвать на ней платье, оголяя грудь. Всегда поражалась женщинам. Если ты не собираешься спать с мужчиной, то почему не надеваешь нижнее белье? Неужели жизнь ничему не учит? Ведь эти примитивные создания думают только одним местом. А может, у них игра такая? Я слышала, что многие пары развлекаются подобным образом в попытке разнообразить сексуальную жизнь.

Я решила немного понаблюдать за этой парочкой и понять, стоит ли заступаться за девушку. Все же невинных людей убивать желания нет.

Мужчина уже приподнял девушку, подхватив ее за бедра, и готовился войти в нее, как она резко извернулась и залепила ему пощечину. Так, значит, все-таки это изнасилование. Ну что ж, теперь моя очередь.

– Сука!
– прорычал насильник и наотмашь ударил девушку по лицу с такой силой, что она не удержалась на ногах и упала на землю, сотрясаясь от тихих рыданий.
– Не хочешь по - хорошему...

Договорить он не успел, так как я одним прыжком повалила его и придавила к земле. Я не собиралась убивать его сразу. Это слишком легкая и безболезненная смерть. Запах страха этого ублюдка дурманил разум и опьянял. Мой ягуар довольно урчал и в тоже время угрожающе рычал, еще больше пугая свою жертву. Мое горячее дыхание опаляло лицо мужчины, который неистово кричал и плакал, как какая-то девчонка. Трусливый щенок! Выпустила когти и впилась ими в плечи ублюдка. Крик его боли рассек пространство, даря мне незабываемое наслаждение. Я наклонилась к его шее и чуть ее прикусила, оставляя кровавые следы, но контролировала силу, чтобы сразу не убить его.

Девушка уже давно убежала, наполняя лес своими криками о помощи, но я-то знала, что здесь точно никого больше нет, а когда она придет сюда с подмогой, тела уже не будет. Люди прекрасно знают, что в этом лесу водятся хищники, поэтому проблем с законом у меня точно не будет.

– Пожалуйста, не убивай меня, - закрыв от страха глаза и заикаясь шептал мужчина, но его мольбы лишь распаляли мою жажду крови.

Грозно зарычав, я вгрызлась в его плечо, наслаждаясь истошными криками. Больше ни одна девушка не пострадает от него. Уж я об этом позабочусь! Больше не сдерживая себя, я рвала его тело своими когтями. Никакой жалости, никакой пощады. Он это заслужил. Один бог знает, сколько девушек стали его жертвами. Все правильно, все правильно. Лицо мужчины превратилось в кровавое месиво, но я не могла остановиться. Перед глазами стоял Рей, его холодные глаза. Я отомщу! Я отомщу всем! Больше никто не посмеет прикоснуться ко мне! Никто не посмеет...