'Майина!' - голос альфы в голове, но я не собираюсь останавливаться и продолжаю с остервенением вгрызаться в безжизненное тело.

'Майина!' - применяя силу альфы, прорычала Ламия и, на этот раз я подчинилась и отошла от своей жертвы тяжело дыша.

'Майина, что ты творишь?' - строго спросила она.

' Он получил то, что заслужил' - прорычала я, пригибаясь к земле от давления силы альфы.

'Возвращайся домой. Ты нужна Маркусу' - приказала она, но меня вновь захлестнули боль вперемешку с яростью.

'Он большой мальчик, а теперь еще и сильный, так что сам справится' - ядовито выплюнула я. Не собираюсь больше с ним возиться.

'Майина, он нестабилен сейчас. Его поведение непредсказуемо. Ему нужна поддержка. Ты же любишь его' - не сдавалась Ламия, чем еще больше злила меня.

'Я не люблю его! Сама с ним нянчись, а ко мне пусть не подходит, если хочет остаться в живых' - грозно зарычала я. В этот момент уровень гнева во мне просто зашкаливал, я не могла контролировать свои эмоции и готова была броситься на Ламию. Неужели она не понимает, как мне сейчас тяжело?

' Майина, ты же знаешь, как Димитрис...' - начала она, но я больше не могла молчать.

'Значит не нужно было собирать вокруг себя столько мужиков!' - выпалила и бросилась прочь. Возвращаться домой я была не готова. Внутри все скрежетало от злости и обиды, а в ушах стояло имя Ламии. Первое, что произнес Маркус после пробуждения - ее имя. Ее, а не мое. Это я сидела возле него практически сутками и молилась, чтобы он выжил. Это я шептала ему слова любви и нежно гладила по лицу в надежде, что мои прикосновения вернут его мне. Маркус вернулся, но я оказалась ему не нужна. Вот такая правда жизни, и я должна ее принять.

Глава 2

Маркус

Я не понимал, что со мной творится. Такое ощущение, что я стою на четвереньках. Но как такое возможно? Я смотрел по сторонам на перепуганных Димитриса, Дану и медсестру, не понимая, что происходит.

– Майина!
– вскрикнула Ламия.
– Димитрис, помоги ему, - бросила она и выбежала из палаты. Что значит помоги ему? Что вообще происходит? И что случилось с Майиной? Почему ее нет рядом?

– Рау, Рррау, - попытался я озвучить все свои вопросы, но вместо слов услышал только рык зверя.

Я посмотрел вниз и увидел две черные лапы. Твою мать?! Что это все значит? Я закрутился вокруг своей оси, пытаясь понять во что меня превратили. Почему я в облике ягуара? Снова посмотрел на Димитриса, пытаясь заговорить или сделать хоть что-то, чтобы меня поняли. Но они лишь смотрели молча с расширенными глазами, а Димитрис пытался отодвинуть девушек ближе к выходу.

– Маркус, - с расстановкой говорил Димитрис.
– Ты сейчас, главное, не нервничай и не делай резких движений. Я обернусь и помогу тебе. Хорошо?

– Рау, - попытался ответить утвердительно, но ничего не вышло, я снова рычал.

– Вот и отлично, Дана, подождите нас за дверью и приготовьте успокоительное на всякий случай, - велел он медсестре.

Успокоительное? Это мне что ли? Зачем мне успокоительное? Зарычал я недовольно. Девушки моментально покинули палату, громко захлопнув дверь за собой. Не удивлюсь, если они ее чем-нибудь заколотят с той стороны. И чего так боятся? Сами же оборотни. За этими мыслями даже не заметил, как рядом со мной уже стоял пятнистый ягуар Димитриса.

'Маркус' - как-то залез он мне в голову, кажется, они это назвали ментальным общением.
– 'Только без резких движений, хорошо? Я объясню, что тебе нужно делать'.

'Димитрис, что происходит?' - чуть ли не кричал я.

Оказывается даже с помощью ментального общения можно кричать, что меня изрядно удивило. Видимо, это отразилось на моем лице, вернее сказать морде, ведь я в ипостаси зверя.

'Что ты помнишь из последнего?' - уселся рядом со мной ягуар.

Я повторил за ним. Было слегка не привычно. Еще и этот хвост. Что с ним делать? Болтал им в воздухе, пытаясь достать лапой.

'Сейчас не до игр!' - строго сказал ягуар.
– 'Так, что ты помнишь?'

'Я помню, как мы пытались обезвредить Алека, и у нам практически это удалось, но затем он вырвался и полетел прямо на Ламию. Я не видел, где ты. Поэтому прикрыл ее своим телом, а затем жуткая боль от его клыков и темнота. Затем были видения из моего детства. Отец и мать, Я гоняю на Харлее. Майина...' - осекся на этом. Ему не обязательно знать про нее.
– 'А затем снова эта картина с Алеком'.

'Понятно. Как ты себя чувствуешь? Что-то болит?'