Сейчас же могу свободно встречаться с обоими родителями. Я видел сакаре матери, даже пару раз с ним разговаривал. Он был довольно груб, но очень умен и смотрел абсолютно влюбленным взглядом на мою мать. Мама говорила, что Герис, так звали гиторда, понял, что она его сакаре через неделю после их знакомства, тогда как к ней это осознание пришло сразу. Также она сказала, что это была худшая неделя в ее жизни: гиторды не особо жаловали людей. Но когда он понял, что она его сакаре, то жизнь стала полностью счастливой. Сейчас у меня есть второй брат, младший, ему всего три. Он самый милый человечек, которого я когда-либо видел на свете. От матери ему досталось человеческое телосложение, но руки были сильными, как у гитордов, хотя и не такими длинными, из-под вьющихся каштановых волос выглядывали маленькие заостренные ушки. Когда я бывал у них в гостях, этот малыш с воплем несся мне навстречу и затем сжимал в своих стальных объятиях.

Что-то меня слегка унесло не в ту сторону. Значит Окане узнал, что я его сакаре. Вот почему он так странно себя вел и, видимо, именно поэтому его апрадит так легко соскользнул с моей руки. Но... почему он мне ничего не сказал? Я вскочил с кресла и бросился в другую часть жилого здания, занимаемую техниками. Слава Богам, все общежития находились в одном корпусе. Войдя в чужую гостиную, замер. Разговоры стихли на несколько секунд и все удивленно на меня посмотрели. Еще бы, в море зелени моя синяя форменная рубашка бросалась в глаза. Но через пару секунд студенты снова вернулись к своим делам, все-таки у нас не было разлада между факультетами. Найдя глазами пару знакомых парней, поспешил подойти к ним.

– Привет, Олли, - поздоровался с одним из них.

– И тебе привет, - сказал он и поднял на меня взгляд от книги, которую только что читал.
– Чего-то хочешь?

– Да, - запнулся на секунду, но тут же продолжил, - ты не знаешь, где сейчас Окане?

– Окане?
– Олли удивленно вытаращил на меня глаза, а двое других техников оторвались от своих домашних работ, прислушиваясь к нашему разговору.

– Да, Окане, - постарался закончить неприятную бесед поскорее, если здесь и сидели пока одни только парни, это не значит, что не поползут какие-либо сплетни.
– Мне нужно с ним поговорить.

– Он вечно торчит в зале в это время, - задумчиво произнес приятель, - тренируется. Будет там, - Олли взглянул на часы, - еще час. Ты ведь знаешь, где тренировочный зал?

– Да, спасибо.