«Нет».

«Ну, это же в лечебных целях».

«Никакой травки или я расскажу маме».

Вернулся Леон, одетый в просторную голубую толстовку. Он был не просто худым, а скорее худым как щепка, поэтому кофта висела на нем, как на вешалке. Он мог бы спрятать под ней базуку, и я бы никогда об этом не догадалась.

Я смерила его серьёзным взглядом.

— Ты будешь моим прикрытием. Я не жду неприятностей, но если они произойдут, ты будешь стрелять только по моей команде. Если выстрелишь без разрешения, я больше никогда не возьму тебя с собой и сделаю так, что ты и близко не подойдёшь к пистолету ещё полтора года. Мы друг друга поняли?

Леон энергично закивал.

— Хорошо.

Глава охраны Эдварда Шервуда придирчиво меня разглядывал. Он был коренастым, мускулистым мужчиной, устрашавшим своим видом и выглядевшим так, словно мог пробивать с разбегу стены. Похоже, я должна была струсить от одного его взгляда.

— Мы не будем сдавать вам своё оружие, — заявила я.

— Тогда вы не увидите мистера Шервуда.

— В любом случае, узнайте, встретиться ли он с нами. Дело касается его брата.

— Вы не войдёте в эту больничную палату вооружённой, — отрезал он.

— В последний раз, когда я видела мистера Шервуда, я была вооружена и стояла между ним и созданием, пытавшимся его сожрать.

— Мы в курсе вашей роли, мисс Бейлор. Дом Шервудов признателен вам за вашу помощь.

Пришло время для тяжёлой артиллерии.

— До того, как прибыть на место происшествия, повлёкшего за собой вышеупомянутую ситуацию, мой помощник позвонил в Дом Шервудов и проинформировал главу вашей безопасности, что Ринда Шервуд попала в беду. Нам было сказано не лезть в чужие дела.

Невозмутимый облик охранника дрогнул.

— Этот человек больше не работает на Дом Шервудов.

— Очень рада это слышать. Знаете, очень неприятно, когда ты пытаешься донести важную информацию, только чтобы от тебя отмахнулись. Пожалуйста, узнайте у Эдварда, встретится ли он с нами. Это очень важно и срочно.

Мужчина посмотрел на меня и в его голове щёлкнул переключатель. Все верно, когда твои люди отшили меня в прошлый раз, твой Превосходный пострадал, а начальник охраны был уволен.

— Пожалуйста, подождите здесь. — Он развернулся и пошёл вниз по коридору, оставив нас в комнате ожидания под бдительным присмотром мужчины и женщины в униформе Дома Шервуд.

Леон им подмигнул. Они не повелись.

Мой телефон зазвонил. Корнелиус.

— Да?

— Мы перебрали чеки Брайана, — сказал Корнелиус. — Двадцать первого декабря он останавливался в «Миллениум Кофе Хауз». Брайан не пьёт чай или кофе. «Миллениум Кофе Хауз» располагается на перекрёстке Залива и 610й. Он проехал пятнадцать миль. Есть шестнадцать кофеен, которые намного ближе к «Биокору».

Ему не было нужды ехать пятнадцать миль по хьюстонских пробках ради кофе, который он не пил.

— Он был один?

— Нет. Бариста запомнила его, потому что он заказал фруктовый чай, а затем устроил скандал, потому что она написала «Брайен» вместо «Брайан» на его стакане. Он встречался там с мужчиной. Они сидели снаружи и говорили порядка сорока пяти минут. Она видела их через окно. Мы показали ей фотографии, она указала на Шторма.

Кусочки мозаики встали на свои места.

— Спасибо.

— Это поможет?

— Это именно то, что нам и было нужно.

— Отлично. Даю Бернарда.

— Невада? — раздался в трубке голос кузена.

— Да?

— Мы с Багом отследили входы Брайана в систему. Кто-то воспользовался его правами доступа для входа в его домашнюю сеть двадцать первого декабря. Судя по их е-мейлам и Фейсбуку Ринды, они провели тот вечер с её свекровью и Эдвардом.

— Есть ли способ отследить, к чему именно был доступ? Скопировали ли они что-нибудь?

— Нет. Для компьютерной системы, открывать файл и его копировать — практически одно и то же, поэтому она не видит разницы. Единственное, что я могу тебе сказать — кто-то, кто не был Брайаном Шервудом, совершил вход в его домашнюю сеть.

— Спасибо.

— Мы едем домой.

— Будьте осторожны.

— Непременно.

Я повесила трубку.

Из коридора показался начальник охраны.

— Он встретится с вами сейчас.

Эдвард лежал на больничной койке, его кожа была лишь на пару оттенков темнее белоснежных простыней. Сквозь открытые шторы струился солнечный свет, падая на красивый бонсай на столике рядом с ним. Плотная женщина со стянутыми в конский хвост волосами ожидала в углу, следя за мной и Леоном, будто ястреб. При ней была «беретта». Леон с беззаботным видом остановился рядом с ней. Она окинула его придирчивым взглядом и вернулась к наблюдению.