• Экономоцентричное общество, в котором действует «экономический человек». Все рассматривается через принцип рентабельности, в том числе человек. Законы экономики (всеобщей торговли) переносятся в социальную сферу: искусство, образование, здравоохранение, вводится диктатура «всеобщей продажности» – все продается и покупается.

• С учетом первого и второго положений капитализм не имеет внутренних предохранителей и объективно приходит к коллапсу, что способно на современном уровне технологий уничтожить не только его, но и всю человеческую цивилизацию.

• Апофеоз эгоизма. Как пишет В.А. Кутырёв, «Бог зла» – дьявол. Он – эгоист по определению, всегда. Поэтому логично, что за отказом от Бога следует отказ от принципа добра.

• Либерализм как отказ от принципа «служения», когда человек действует только в своих личных, корыстных интересах, а не действует в интересах всего человеческого рода.

• Идеология мещанства. Материализм целей человека. Даже Бога просят о материальном благополучии, что, конечно, важно, но не исчерпывает широту человеческого кругозора.

• Атеизм и психика вместо души, этика и закон как правила бизнеса, когда разрешено все, что не запрещено (концепция «правового государства»). Отсутствие внутренних, личностных сдерживающих доминант.

• Обезбоженная техногенная цивилизация, в которой доминирует форма (технологии), а не содержание (дух, душа). Главным для человека становятся виртуальные флуктуации, то есть коммуникация и присутствие в Сети.

Антитезисы (что Человечество может противопоставить Тезисам?):

Культура как дух народа, его ценностные образы и ориентации, цели и идеалы.

Дух человечества как непосредственное содержание, сердце и кровь культуры.

Принцип «служения»: каждый человек действует в интересах сохранения человеческого рода в целом и его продолжения.

Нравственный императив внутри человека11(«моральный закон» И. Канта) вместо «правового государства», в каковом границы дозволенного определяются внешними причинами – писаным законом.

Приоритет идеальных целей перед материальными: сначала духовное, только затем – иное.

Религиозное или иное духовное сознание, наличие внутренних духовных доминант, «стержня» внутри человека.

Именно сейчас, в XXI веке, идеи глобального техногенного мира стали как никогда реальными, так как появились все возможности к их воплощению. Прежде всего появились механизмы для контроля и управления одновременно миллионами людей и процессов, а также средства для замещения этих людей техникой в ближайшем будущем.

Сверхусложение современного производства требует, как правильно отмечает в своих работах В.А. Кутырёв (см. «Человеческое и иное»), не конкуренции, а детального и тотального планирования и, главное, концентрации экономической и политической власти, без которой такое планирование оказывается невозможным.

К планированию и распределительной экономике глобально подталкивают объективные причины:

• исчерпание легкодоступных и дешевых ресурсов;

• усложнение технологии и рост необходимых издержек, связанных с производством и логистикой;

• рост степени глобальной конкуренции между ТНК (транснациональные корпорации) и неконкурентоспособность тех производителей, которые не могут гарантировать низкие цены, высокое качество и доступность товаров в длительной перспективе.

Отсюда появляется крайняя необходимость исключить из любой производственной цепочки «паразитический интерес» – посредников, которые не создают добавленной стоимости, не улучшают товар, не участвуют полезно в его производстве или доставке, но забирают часть его стоимости, участвуют в ее увеличении, то есть в снижении конкурентоспособности товара.

Поскольку товары по завышенным и «накрученным» ценам не продаются на международном рынке, побудителями гонки производителей выступают ТНК, которые могут себе позволить сверхпланирование, что обеспечивает массовую доступность, качество и низкую цену.

Конкурирующие производители, в том числе из России, «убиваются» за счет системной диверсии, которая была начата при развале СССР в форме разрушения экономических основ хозяйствования в стране, в том числе выразившегося в коммерциализации образования и здравоохранения, децентрализации энергетики, росте коррупционных проявлений. Все эти подрывные действия привели к масштабному поражению фундамента государственной системы. Они, до последнего времени поощряемые с Запада, сделали нашу страну и ее экономику медленными, дорогими, а значит, неконкурентоспособными в глобальном плане. Понятно, это утверждение не вполне касается сырьевого сектора. Но это не столь важно, так как сырье – больше продукт природы, чем человека.