Говоря о сексе в самолете, нужно немного пояснить. Я не имею в виду толкотню в туалете, когда тебе приходилось выделывать акробатические трюки, чтобы потрахаться. Я имею в виду именно секс в самолете, тот, на который ты можешь рассчитывать, летая время от времени на частном самолете с кожаными сиденьями и огромной кроватью с шелковыми простынями. Уверен, что замечание о частном самолете выставляет меня претенциозным ублюдком, но это то, к чему я привык. Кроме того, это не значит, что я ограничиваюсь только богатыми цыпочками. Правда в том, что я люблю женщин вне зависимости от их расовой или религиозной принадлежности, или их налоговой категории. Важно лишь, чтобы им нравился секс.

Сегодняшний член клуба «Высокая миля» — Евангелина Петскова, новая оперная дива Мет, или Метрополитен-оперы. Уверен, вы гадаете, что тип вроде меня будет делать в опере, ведь я произвожу впечатление любителя спорта. Но я не какое-то там бескультурье, это был подарок самой важной женщине в моей жизни — моей матери.

На ее день рождения мы летали на частном джете «Каллаган Корпорейшн», том самом, на котором я сейчас отжигал, чтобы посмотреть «Женитьбу Фигаро». Потянув за пару ниточек, мы смогли попасть за кулисы, чтобы познакомиться с труппой. И пока мама изливала Евангелине свои восторги о ее великолепном исполнении роли Сюзанны, я представлял себе более порнографическое шоу, в котором Евангелина могла бы блеснуть. Не прекращая раздевать ее глазами, добился от нее номер телефона. На следующий вечер ей позвонил и вот уже две недели как мы встречаемся.

Каждый раз, когда я попадал по ее точке G, ее крик удовольствия достигал «си» — самой высокой ноты в музыкальной линейке. Пока наслаждался ее восторгами от своих стараний, от пронзительных звуков я начал глохнуть. Мне в голову пришла странная мысль о том, что это может вызвать перепад давления в салоне, а последнее, чего мне хотелось, так это разбить самолет из-за своего неконтролируемого либидо.

К счастью я чувствовал, как Евангелина сжимается вокруг меня и еще несколько резких толчков заставили ее нараспев проорать мое имя. Я кончил вслед за ней, выдохнув несколько ругательств. Мне давно пришлось научиться изо всех сил сдерживаться, чтобы не называть женских имен. Ну, в такой момент сложно контролировать себя, а цена ошибки слишком велика, и ты можешь здорово за нее огрести.

Когда я убрал руки и поставил Евангелину на ноги, она не удержалась в вертикальном положении. Скользнув по стене, девушка опустилась на пол удовлетворенной кучкой.

— Это было… — она рассеянно посмотрела на меня, — я бы сказала изумительно, но это прозвучит слишком банально.

— Согласен, что простого «изумительно» не достаточно. Может быть «сногсшибательно» и «головокружительно»?

— Твое эго такое же огромное, как и твой член, — Евангелина закатила глаза, смахивая с лица налипшие пряди волос.

— Так мило с твоей стороны, — прижав руку к сердцу, ответил я, с притворной скромностью захлопав ресницами.

Рассмеявшись, Евангелина поднялась с пола.

— Не возражаешь, если я приму душ? Мне нужно освежиться перед сегодняшним выступлением.

— Конечно. Вперед, — я кивнул в сторону ванной.

— Не хочешь присоединиться? — она соблазнительно приподняла брови.

— Я бы хотел сохранить твой запах и запах нашего секса на весь день.

В ее глазах вспыхнуло желание, а розовый язычок пробежался по губам.

— Ммм, мне нравится эта идея.

Я знал, что это так. Женщинам всегда нравилось, когда ты целый день ходишь благоухая их сиськами и задницами. Так же, как и парням нравится кончать на девчонку. Все дело в том, чтобы пометить территорию и поставить на человеке клеймо «мое».

В моем случае дело было в том, что после аэропорта я собирался в тренажерный зал и не видел смысла в душе перед тем, как снова вспотеть, но ей об этом знать не обязательно. У женщин долгая память, так что я понимал, что Евангелина вспомнит об этом в следующий раз, когда мы будем вместе. Это давало мне гарантию, что она отплатит той же монетой, например, реально долгим отсосом.

Пока Евангелина была в душе, я выбросил брюки и рубашку, которые она сорвала с меня час назад. Бросив взгляд на свое отражение в зеркале, пробежался щеткой по волосам, чтобы смягчить ущерб, который она причинила. Когда закончил, открыл дверь спальни и зашел в главный салон.

Я вытащил бутылку воды из холодильника, открыл ее, сделал большой освежающий глоток прежде, чем упасть в одно из капитанских кресел. Когда наткнулся на полный отвращения взгляд моего телохранителя и друга, Тая.

— А это что за взгляд?

— Тебе, правда, интересно знать?

— Ты теперь собираешься блюсти интересы имеющейся у меня в распоряжении киски?

— Ты же знаешь, я никогда не был против кисок, — Тай закатил глаза.

— Тогда в чем дело?

— Проблема в том, чтобы слушать, как кто-то занимается этим, пока ты на работе. Не говоря уже о том, что мы находимся на высоте тридцати шести тысяч футов и мне некуда сходить прогуляться, пока ты занят.

— Этот оперный оргазм слегка вынес тебе мозги? — поиграв бровями, спросил я.