— Да что ты говоришь, честное слово!

— Заметь, я первым тебе это докладываю. Не ГУОП твой, а утро четко информирует.

— Говори дело, понимаешь!

Ситников сел и начал заливать, чтобы набить себе цену:

— Удалось мне установить Яшин заныр. Извини, что сразу тебе не сообщил, но надо ж было за Тундрой понаблюдать. Он не только тебе, а и утро нужен. Ну что? Жил он на той хате не высовываясь. Я уж начал кумекать, как по-умному сделать, чтобы ты ему от души свое слово сказал, а потом бы мы его взяли.

— Ты, Ситников, правильно понимаешь, — одобрил Ашот, — я хотел с ним только побазарить. Ничего больше в виду не имел.

— Да-а. А пас я эту хату в олиночку. И проморгал на нее налет. Точнее, как сейчас думаю, меня те киллеры засекли и ломанулись к Яше, когда я отъехал. Налетчиков было двое. Один у двери, второй заскочил в квартиру через окно. Но Яша отсгреливался и одного завалил. Наверняка Тундра скрылся из Москвы.

Ашот, светлея лицом, сказал:

— Кому только этот вонючий Тундра не был нужен, понимаешь? Я за ним гонялся, ГУОП гонялось, угро подключилось… А нашлись какие-то толковые люди, которые эту суку надыбали и попытались замочить. Большое им спасибо!

Он подумал о Сереге Вороне: «Неужели это его работа? Как же Ворон Яшу нашел? Все может быть у такого крутого парня, честное слово! Не просто так он имя клиента спросил».

— Кого Яша на хате завалил? — поинтересовался Ашот.

Ситников понимал возможный ход мыслей Ашота о нанятом им Сереге Вороне и перечислил приметы убитого, совершенно отличные от кудрявого блондина Кострецова:

— Молодого парня, лет двадцати семи. Чернявый, стрижен ежиком.

— Из блатных?

— Похоже, но личность не установлена.

Петя подумал, что Ашот после его ухода, чтобы уточнить новости, начнет названивать своему гуоповскому куратору. А куратор после того, как подполковник Миронов отбрил его начальство, возьмется за своего стукача с пристрастием. Он попытается выяснить, как проявила Ашота стукачом уголовка. А кроме того, учитывал Ситников, гуоповец может сообщить, что убитый — милиционер.

Чтобы упредить все это, опер начал Ашота запугивать:

— ГУОП, не исключено, сейчас возьмет тебя в оборот. О твоих разборках с Яшей там знают. Решат, что покушение на него — твои проделки.

Он попал в точку, так как Ашот уже не сомневался, что Ворон от нечего делать сам разыскал Яшу и попытался с напарником его убрать. Вымысел Ситникова насчет нажима ГУОПа взволновал Ашота.

— Что ты говоришь, честное слово! — воскликнул он. — Какое я могу отношение к этому иметь? Я все время в подсобке сижу, никого не вижу. Пусть моих официанток спросят.

— Знаю, что ты ни при чем. Но для гуо-повцев выглядит убедительно: ты нанял людей, они нашли Яшу, чуть не завалили. При твоих связях среди «деловых» тебе для «заказа» одного телефонного звонка достаточно. Зачем с кем-то встречаться?

Воспрянувший Ашот быстро приходил в себя.

— Пускай что хотят, то и думают! Надоели их ширли-мырли, честное слово.

Петя продолжал «вешать лапшу» на уши армянину:

— Да, конечно. Пусть докажут. Но все же учти: они могут за тебя и как за информатора взяться. Залепят, например, что убитый киллер из бывших или нынешних ментов. А ты с нашей братией по сотрудничеству близок. В общем, могут глушить тебя по-разному.

— Ты, Ситников, напридумываешь, честное слово. — Ашот рассмеялся. — Как я с ментами близок? Что ты городишь, понимаешь? Мне что, своя жизнь не дорога? Я всегда только с куратором связь имел, да вот теперь ты на мою бедную голову свалился.

— Я тебе, Ашот, все сказал. Дальше сам думай своей бедной головой…

Петя попрощался и вышел.

Вернувшись к себе, Ситников позвонил Кострецову:

— Серега Ворон? Это Петруха Ситник. Можешь идти к Ашоту башли снимать — за потери при завале Яши.

— В натуре, кореш?.. — Кострецов рассмеялся. — Заклинил ты ему мозги?

— В лучшем виде. Как узнал, что опознали убитого у Яши омоновца, я к Ашоту припустил. Теперь Ашот в том, что ты Тундру сам разыскал и постарался с напарником его убрать, почти не сомневается. Даже если он выйдет на своего гуоповского куратора, вряд ли тот будет ставить в известность блатного стукача, что убитый Яшей — прапорщик ОМОНа. Но я на всякий случай «дезу» Ашоту прогнал, что убитый — твой якобы напарник, на уголовника похож.

— У меня тоже нормально. Осиповский за доллары в друзья приглашал, мы с ним в ресторане выпивали. Сказал я ему немало ласкового. Он крепко не в себе. В ГУУРе майора за Яшу тряхнули, и Вика говорит, что в последнее время нервничает ее Юра.

— Вербанул ее?

— Ага. У Осиповского команда человек шесть, ну, теперь пять. Встречались они иногда по кабакам, но никогда все вместе не пересекались.

Ситников подсказал:

— Значит, шесть и было. Наверное, две «тройки» автономные. Удобная мобильная система.