— Как? – спросили мужчины.

– Просто, – ответила с грустной усмешкой и стала уменьшать корабль. – Дальше просто подпитывать магией. Достаточно затратное заклинание, в плане поддержания, зато уменьшает и размер, и вес.

— А можно мне из искры деталей для починки катера взять?

— Нет. Это единственная связь… – не смогла договорить. – Не вздумай ее разбирать, убью за это. Понял?

— Да. Чувствуется, что вы дочь советника. А почему вы так отреагировали на слова про время вашего пребывания здесь.

— Потому что это там прошло полтора месяца, а здесь уже более девяти сотен лет.

Парень на время выпал, только благодаря Марку и Максиму шел следом за нами. Я взяла четыре браслета с лунарисом в искре и несколько цепочек. После проверила, не было ли сообщений. К сожалению, ответ на мое послание так и не пришел. И после того, что узнала, не было желания сообщать что-то еще.

— Идем в лавку, – сказала, закрывая искру.

Пока шли к городу, Евгениан был задумчивым.

— Не понимаю, как это возможно. Если вы прожили тут так долго, как говорите, то почему до сих пор живы? Ведь время для всех течет одинаково. А вы даже не постарели. И это что получается, один год здесь равен одному часу там, – сказал парень, указав пальцем в небо. – Нет, ну это бред. Хотя, Нерия говорила, что планета с аномалией. Постойте, она же тоже тут была? Точно, я помню: она скандал закатила в здании совета. Ее после этого куда-то отправили и чуть ли не сумасшедшей назвали.

Я только тихо рассмеялась, вспоминая тетушку.

— Но она вернулась отсюда почти одиннадцать лет назад. По местному времени это должно быть… – парень на время завис, ответил Максим.

— Если десять с половиной лет, то это сто тысяч семьсот сорок лет назад по местному. К сожалению, у нас нет настолько древних источников. И летоисчисление после последних изменений ведется. В общем, сейчас шестнадцать тысяч девятьсот третий год подходит к концу.

Амен крепко держал меня за руку, и я благодарна ему за эту молчаливую поддержку, потому что общение с соплеменником выбило у меня почву из под ног основательно. Это же получается, больше восьми тысяч лет будет длиться “мой год”. На ватных ногах зашла в лавку. Благо, Анре был тут.

— Анре, осмотри этого, – махнула на Евгениана, – мало ли какие болячки у него могут быть.

— Я проходил медосмотр на той неделе, – обиделся парень.

Когда зашла в лавку, сразу стала готовить успокоительный настой. Анре быстро обследовал парня и подтвердил, что он абсолютно здоров. Лекарь перехватил мою руку с пузырьком.

— Для кого вы готовите это зелье?

— Для себя и этого, – показала на парня.

— Вам нельзя часть из этих трав. Можете приготовить только для него. Ира, завари ей твой любимый травяной сбор с яблоками.

Доготовила зелье и протянула парню.

— Выпей, Евгений.

— Евгениан, – отозвался парень.

— Теперь будешь Женя или Евгений. Свое имя прибереги для возвращения домой.

— Почему?! Думаете, меня могут проклясть?

— Все может быть, – сказал Марк, – измененное имя – это правильное решение. Особенно, если ты будет жить так же, как и Надежда.

— Да, меня теперь зовут Надежда. Марк, отведешь его к Нику, пусть ему все объяснит и поможет адаптироваться, пока мы тут, потом поедет со мной в Рунит.

— Зачем? – спросил Амен.

— Чувствую, что так нужно. Извини, Ира, что я тут хозяйничаю.

— Вам можно, – сказала она с придыханием, – можно я этот рецепт оставлю?

— Тот, что я готовила? Да, конечно, но это сильное успокаивающее. И беременным, как оказывается, противопоказано.

Евгениан подавился водой, которой запивал зелье. Марк с улыбкой похлопал его по спине.

— Ваш отец был бы в ужасе.

— Евгений, не вспоминай тут моего биологического отца. Чуть позже поймешь, почему. Пока что лучше больше помалкивай, понял?

— Пока не очень, но помолчу.

— Мы приготовили дополнительные зелья в вашу шкатулку и подготовили полностью ваш заказ.

— Спасибо. Дорогой, рассчитаешься?

— Конечно, родная.

— А можно мне еще этого зелья? – спросил Женя.

— Держись, парень, это еще не все потрясения. Я тебе даже сочувствую.

— Лучше порадуйся за него. Он все сразу узнает, а не по ходу жизни. Поехали к дому. И найдите ему лошадь.

— Кхм, он убьется, лучше вместе со мной поедет, – сказал Марк, – целее будет.