— Передай, что я их люблю.

— Передам, родная.

Отец сел в кресле, положив руки на подлокотники, закрыл глаза и испустил дух. Слезы покатились по щекам. Я видела, как отошла душа отца и быстро исчезла. Владик с непониманием посмотрел на меня. Радик быстро подошел к нам и помог встать из соседнего с отцом кресла. У меня ноги подкашивались.

— Мама, – удивленно сказал сын.

Поцеловала его в щечку, ребенок обнял меня ручками за шею. Амен подошел к нам и обнял. Забрал сына к себе на руки. Я посмотрела еще раз на отца. Казалось, он просто уснул. Родные подходили прощались, после чего позволили слугам подготовить его тело к погребальной церемонии.

— Отец прожил дольше любого мага без примесей крови драконов, – сказал мне тихо Радик.

— Не так уж и много, всего на несколько лет.

Братишка крепко меня обнял.

— Спасибо, сестренка.

Остальные братья тоже подошли к нам и обняли меня. Сестер обнимали мужья. От них я ощущала не высказанные вопросы: как я могу так молодо выглядеть и быть их сестрой, почему они тогда стареют? И почему отец умер, раз у меня в предках есть дракон? Почему тогда ни на ком из них это не отразилось? Если бы они у меня это спросили вслух, я не знала, что им ответить. Сестры, к моей радости, даже не думали, что мы можем быть не родными. Схожие черты у нас были, и это было заметно. Им было просто непонятно, почему я так юно выгляжу.

Рано утром состоялась погребальная церемония, был объявлен недельный траур в империи. Владик, на удивление, вел себя очень спокойно и просто жался ко мне. Только после церемонии погребения спросил:

— Зачем дедушку сожгли?

— Родной, это называется погребальная церемония, – стала объяснять как взрослому. Дарина села рядом со мной и уткнулась лбом мне в плечо, – так поступают, когда человек умер.

— Это как?

— Это почти то же самое, что и сон, только от которого человек или другое существо никогда больше не проснется. Это происходит со всеми один раз в жизни и этого не стоит торопить. А для дедушки просто пришло его время. И он будет присматривать за нами, только с небес.

— Я, когда смогу летать, поднимусь в небо и найду его.

— Это вряд ли, – сказала с улыбкой, – ты будешь в виде большого дракона, из плотной материальной энергии. А дедушка стал тонкой нематериальной энергией.

Малыш задумался и просто обнял меня. Такой маленький, а такие умные вопросы задает.

— Мы тут сколько еще побудем? – спросила дочка тихо.

— Только пару дней. Иначе мои сестры устроят мне допрос с такими вопросами, на которые я не очень хочу отвечать. Я ведь не меняюсь в отличие от них.

— Не хочешь им рассказать?

— Нет, – сказала тихо, – не всем это можно говорить.

Раньше не выдержал Семен, и Лида попросила уже ехать, потому что он ее уже нервировать стал, как он хочет на ласточке покататься. Перед самим отъездом родственница обрадовала меня:

— Я тебе оставлю парочку своих детей на воспитание, – она показала на две рыжие макушки, сидящие возле окошка.

— Прости, думала это уже твои внуки.

— Дети, близнецы, – сказала она с улыбкой, – нежданный подарочек свыше. В общем, дочурка, Аннушка, умная головушка, немного заучка, немного зазнайка. Сбежала эта козочка в академию в пятнадцать лет, поступила. И нас просто перед фактом поставила, мол, родители, оплатите мне обучение. Оплатили за пять лет вперед. А эта коза рыжая окончила все пять лет обучения за два года. Отец ее чуть не побил, он думал избавился от нее на пять лет, а она через два домой являлась с дипломом.

— Я не понял, чего вы расстроились? – спросил Амен у Семена.

— Скоро узнаете, – сказал он с кривой улыбкой, – чем-то похожа на вашего Владика по характеру. Голова пухнет от общения с ней к вечеру.

— А сын?

— Арик, так он мозг выел маленькой ложечкой, очень хочет учиться у Евгения. Я с Женей вчера общался, он вроде был не против. Или то он просто не осознавал масштаб бедствия.

— А чему Аннушка будет учиться?

— Ботанике, – сказала Лили, – она уже закончила дома зельеварение. Хочет повышать мастерство. Я сказала ей, что это к тебе в академию. Ты ее пригрузи посильней, заданий побольше и посложней, пусть нос не задирает.

— Это я запросто, – сказала с улыбкой. – Анушка, подойди дорогая, – позвала родственницу. – Ты зелья любишь?

— Да!

— Замечательно, – заметила блеск в ее глазах. – Хорошо рисуешь?

— Да, – настороженно ответила девочка.

– Арик, – позвала мальчика, – а ты хорошо рисуешь?

— Нет, – сразу отрезал парень и снова уставился в окно.

— Ладно. В общем, в ближайшие дни проверю твои знания, и посмотрим, на какой курс тебя определить. А там скоро и выездная практика будет.

У девочки глаза зажглись восторгом.

Уговорила Лили и Семена погостить у нас несколько дней. Семен пользуясь случаем общался с Женей, осваивал новую ласточку. А Евгений расспрашивал его про его летающую доску и изучал документацию по ее созданию. Арик первый день крутился рядом с ними, а потом стал бегать с детьми военных, которые служили во дворце. Только и мелькала рыжая макушка в толпе детей и подростков. Аннушку я сразу посадила за экзаменационные вопросы, первые три курса она знала почти на отлично. А четвертый и пятый уже нет.