— Ты думаешь я мечтал родиться в этой семье? У меня не было права выбора! Наш отец скрыл от моей матери то, что он является королем Эммерленда, что у него есть жена и ребенок! Он все скрыл! — не выдержал я и повысил голос. — Моя мать любила нашего отца, как и он ее! Ее беременность была случайной, и несмотря на то, что они не состояли в законном браке, она не смогла совершить преступление! В этом ты обвиняешь мою мать, а брат? В том, что она не смогла убить свое дитя?

— Ах, святая богиня Магии! Какой фарс! — фыркнул на мою тираду Якуб и пригубил свой кубок.

— Я не травил твою мать, Якуб! Мы оба это знаем! И на трон я виды никогда не имел. И Эммерленд я покинул не потому, что ты изгнал меня, но потому что не хотел мешать тебе править, — уже более спокойным тоном сказал я. — Я же видел, с каким презрением ты смотрел на меня, и знал, о чем ты думал в эти моменты! Я мог стать для тебя опорой, верным другом и братом, мог бросить весь мир к твоим ногам, если бы ты того пожелал! Я до конца моих дней хранил бы верность тебе и короне, но ты предпочел обречь меня на смерть и изгнать из Эммерленда! Разве я хоть раз упрекнул тебя в этом?

— Трон… Этот кусок металла… Ты действительно думаешь, что он настолько мне дорог? — склонив голову, бросил Якуб. Он поднялся с трона, подошел ко мне и, смотря мне в глаза, тихо промолвил: — Я не могу простить тебе слез моей матери.

— Увы, моя мать тоже пролила немало слез. Ты и твоя мать унижали нас, словно мы были какими-то насекомыми под вашими ногами, — тихо сказал на это я. — Но я никогда не винил тебя за это. Слезы наших матерей были вызваны ошибками нашего отца, и ты не можешь этого отрицать.

— Возможно, ты прав. — Якуб вдруг наклонился к моему уху: — Если ты брат мне, вернись в камеру и покорно ожидай своей участи, если же нет, беги так далеко, где я не смогу достать тебя, конечно, если такое место вообще существует. — Он провел пальцами вдоль замочных скважин на оковах, сковывающих мои руки, и тяжелые цепи со звоном рухнули на пол.

— Зачем ты отпускаешь меня? — непонимающе спросил я, делая шаг назад. — Почему?

— Потому что я не идиот и понимаю, что, если держать льва в клетке, он рано или поздно воспользуется моментом и откусит тебе руку. Если ты захочешь причинить мне вред, тебя не удержат даже эти оковы, не правда ли, Эванс? Будем считать, я поверил тебе и твоим высокопарным словам. Пусть твоя дальнейшая судьба зависит только от тебя самого… И да, кое-что еще. Я не верю в то, что между тобой и девчонкой Росси существует хоть капля любви. Можете не притворяться, я считал ваше энергетическое поле и понял, что между вами ничего нет.

— Чего и следовало ожидать от короля Эммерленда, — поправив одежду, усмехнулся я.

— Не спеши радоваться, — приторно улыбнулся мой брат. — Не уверен, что тебе это пригодится, вдруг ты все-таки решишь умереть, но с демонессой что-то не так. Я вижу за ее спиной черную тень, и это кто-то темный и могущественный. Эта тень вливает в нее свою силу, и эти силы намного превосходят даже мои. Не знаю, зачем Сильвии Росси это нужно, но могу предположить, что в скором времени Дерек Мёрксверд обзаведется еще одним ребенком. Если это так, раз демонесса так быстро забеременела, нам остается лишь поздравить его с этой нежданной новостью… — Якуб опустил голову и потер пальцами виски. — Как же я устал…

— Что? — Я был так изумлен, что, не помня себя, поддался вперед и схватил брата за плечи. — Какой ребенок, Якуб?

— Обычный. Или не совсем… — Якуб нас мгновение задумался, а затем широко улыбнулся. — Не важно. Важно то, что у этого есть всего два объяснения: либо демоны готовятся к новой войне, и тогда нас всех ждут великие испытания, либо Сильвия носит под сердцем новую жизнь. Мне хочется верить в то, что это все же второй вариант.

— Ты уверен? — Я сжал его плечи сильнее.

— Кто дал тебе право так меня хватать? — возмутился Якуб.

— Я должен знать! Нас ждет тяжелая дорога, и, если с Сильвией что-то случится, я себе не прощу! — проигнорировав вопрос, тихо произнес я.

— Я не уверен, но склоняюсь к этой мысли. И я даю вам свободу лишь потому, что не желаю быть повинным в смерти ребенка. А теперь отпусти меня! — Вырвавшись из моих рук, Якуб направился к двери.

— Ты отпускаешь их, мой король? Ты обещал мне веселье! — недовольно вскрикнула Астрид и вцепилась пальцами в спинку трона.

— Молчать! — прикрикнул Якуб на девчонку. — Пойдем, Кунген! Или от вида этого бастарда меня сейчас стошнит! — Он широко раскрыл двери и быстрым шагом вышел в коридор.

— Спасибо! Я останусь и на рассвете отдам свою жизнь, как ты того и желаешь, только обещай, что отпустишь ее! — крикнул я ему вслед.

— Я же сказал: не хочу прославиться детоубийцей! — резко становившись, процедил Якуб. — Уезжаете, пока я не передумал! Но отныне ты должен мне, Эванс!

— Я верну тебе долг, обещаю!

— Слову бастарда нельзя верить. — На лице короля появилась насмешливая ухмылка, и он продолжил свой путь.

— А с тобой, предательница, я разберусь позже! — угрожающе сказал я Астрид и, повернувшись на каблуках, тоже покинул зал.