На самой задней парте было свободное место, рядом с Антоном — высоким светловолосым мальчиком, её новым одногруппником. Прошло меньше двух недель после перераспределения, поэтому она познакомилась ещё не со всеми. Начался третий курс, и Маша Тавицкая уже не училась в пятнадцатой группе только из-за того, что её фамилия начиналась на букву «Т». Теперь она — студентка кафедры физиологии человека и животных.

— Привет. — Она села рядом с Антоном, и улыбнулась ему.

— Привет. — Антон читал книгу. Кажется, он удивился такой дружелюбной реакции, но тоже улыбнулся ей.

С другой стороны от него сидела Света Клименко — местная рокерша, или неформалка, или как оно у них называется. Всегда мрачная, одетая во всё чёрное. Кажется, она поступила на биофизику. Маша слабо была с ней знакома, и не очень жалела насчёт этого.

Света что-то рисовала в тетради. Вообще, все студенты тихо занималась своими делами, и только из вежливости перед стареньким преподом делали вид, что кому-то на биофаке нужна культурология. Маша достала распечатку тестов и книгу «Основы молекулярной биологии».

— Для нашего творческого мышления одним из самых важных понятий является архетип. — Препод очень бодро для своего возраста ходил перед доской, и всё время жестикулировал руками. — Что такое архетипы? Это — не просто персонажи фольклора, и не совсем порождение человеческой фантазии. Архетип — это образ, символ, общий для абсолютно всех людей на Земле. В отличие от большинства других культурных кодов, он не навязывается человеку в процессе воспитания, а, наоборот, с самого рождения запрограммирован в каждом из нас. Например, архетип «Мать» — женщина, держащая на руках ребёнка, будет понятен любому человеку любой культурной принадлежности. И этот образ настолько мощный, что очень часто — например, в христианстве — он даже обожествляется.

— Что, молекулярку учишь? — Антон глянул на Машины распечатки.

— Да. — Она кивнула. — Кто-то из зоологов достал вопросы по тесту, надо сейчас успеть за это пару шпору сделать. Вот что за сволочи? — Маша посмотрела на него. — Две недели сентября — и уже контрольная.

— Забей, это просто мелкий тест. Вряд ли он вообще будет где-то учитываться.

— Ну, всё равно! Я не знаю, что делать. — Маша посмотрела на него. В её взгляде была лёгкая паника. — Я на лекции вообще почти ничего не поняла. Это какой-то конченый предмет! Как будто сопромат для биологов.

— Не знаю, по-моему, всё понятно было. Хочешь — садись со мной, скатаешь.

— Спасибо, конечно, но нам, наверное, раздадут разные варианты.

— Сначала решу твой, потом — свой. Там же даже писать ничего не надо, просто букву обвести кружочком. Пару минут.

— Серьёзно? — Маша удивилась. — Ты правда это понял?

— Хочешь — проверь. — Антон пожал плечами, как будто ему было всё равно.

— Хорошо. — Маша посмотрела в распечатку. — Ковалентная связь может образовываться между следующими атомами: натрий и хлор…

— Нет.

— …Кислород и углерод…

— Да.

— Ладно. — Она перевернула страницу. — В первичной структуре ДНК не существует: остатка фосфорной кислоты… азотистой основы… аминокислот…

— Аминокислот, конечно.

— Блин, ты реально всё это знаешь?

— Там нечего знать. — Антон улыбнулся ей. — Пока что это просто повторение школьной программы. Вот потом пойдут третичные структуры белка, процесс транскрипции — это уже хардкорная молекулярка. Реально, сядешь рядом, поменяемся билетами, и я тебе помогу.

— Спасибо. — Это всё, что смогла ответить Маша.

— Следующий архетип — самый таинственный, — на другом конце зала препод продолжал рассказывать. — Персонификация сил тьмы, выражение наших самых глубинных инстинктивных страхов — страха смерти, одиночества перед опасностью, и, наконец, самого главного — страха перед неизвестным. Это сила, которая живёт в глубине нашего бессознательного, и мы настолько её боимся, что не допускаем даже мысли, что этот источник животного ужаса, на самом деле — неотъемлемая часть каждого из нас. Карл Юнг назвал этот архетип «Тень».

— А ты что читаешь? — Маша заглянула в книгу, которую Антон держал под партой. Тот повернул её обложкой вверх. Стивен Лаберж. «Практика осознанных сновидений».

— Интересно. — Она кивнула. — Я слышала про такое. И этому можно научиться?

— Довольно непросто, но — да. Тренировки, записи, медитации. Зато, когда научишься часто их вызывать — это нереальное ощущение! Меняешь весь мир, как тебе хочется. Режим Бога.

— Я извиняюсь. — С другой стороны от Антона к ним нагнулась Света. — Вы осознанными снами занимаетесь?