Павел Краев серьёзно заболел, когда корабль экспедиции только ещё приближался к этой планете. Он был уже немолод и, скорее всего, в его организме от всех переживаний проснулся рецидив давней болезни. Ася Лян, главный врач отряда, предварительно определила у него разновидность малярии Боло, которую он подхватил много лет назад на одноимённой планете в звёздной системе Гаруса. Лян категорически запретила начальнику экспедиции не только участвовать в высадке на поверхность планеты, но и фактически добилась размещения его в корабельном изоляторе.

Так уж сложилось, что с Краевым у Арчина отношения не заладились с самого начала их знакомства. Бывает же такое – не понравится человек с первого взгляда и всё тут. Вот и Краеву чем-то не приглянулся слишком, на его взгляд, ушлый парень, пытавшийся во время полёта в шутку или всерьёз читать мысли своих товарищей и даже начальника экспедиции. А Ром просто тренировался, так сказать, набивал руку и накапливал пока ещё небогатый опыт.

Тугуеву мысль этого толкового парня понравилась, и он снова полез в челнок.

Глава 2

На этот раз в качестве приманки в том месте, где стояла тренога с камерой, на землю положили светящийся шар величиной с футбольный мяч, на поверхности которого произвольно менялись красочные голограммы, среди которых были фигурки людей, треугольники, круги, цифры, чёрточки и галочки и прочие знаки. На корабле такие шары были в каждой жилой каюте. Жизнь на нём не отличалась излишним разнообразием. А программа этого голо-графического прибора позволяла иногда окунуться в воспоминания, посмотреть родные пейзажи, уви-деть свой дом, родителей, детей. В прибор была заложена и программа светомузыки. Этот последний вариант выбрали как наиболее предпочтительный. Музыка, сопровождающаяся игрой света, должна была отпугивать животных и, наоборот, возбуждать любопытство существ, не лишённых разума. Над шаром, на нижней ветке корявого дерева закрепили и замаскировали ловчую сеть, которая должна была «выстрелить» вниз, как только кто-то из трёхглазых приблизится к шару хотя бы на один метр.

В некотором отдалении от замаскированной сети в засаде залегли трое: Арчин, Эд Пирр и Мар Мигов. Через тепловизионные приборы парни чётко видели и сам шар, игриво испускающий лучики и мурлыкающий тихую незатейливую мелодию, и всю полянку вокруг него. Но через два часа почти неподвижного лежания в засаде их усилия едва не пошли коту под хвост. За своими спинами люди вдруг услышали чей-то тяжёлый и неспешный топот. Когда же Ром, чуть вытянув шею, оглянулся назад, он опешил от неожиданности. На них из гущи леса надвигалось крупное, не меньше земного носорога, животное. Людей оно, скорее всего, в упор не видело, просто шло по своему, обычному маршруту ночной кормёжки. Из ноздрей широкой плоской морды твари в остывший ночной воздух время от времени пыхали мощные струи пара. С высоты своего роста животное вскоре заметило светящийся шар-приманку и к неудовольствию людей вознамерилось познакомиться с ним поближе. Утробно заурчав, оно вдруг стало задними ногами отбрасывать дёрн и траву из-под себя, ну совсем как земной бык, перед которым повесили красную тряпку. Но дело было в том, что путь к шару для него лежал через то место, где залегли люди.

Ром шепнул парням, чтобы они не шевелились, выхватил свой ПП, скорректировал его мощность, сообразуясь с массой зверя и выстрелил. Мастодонт без единого звука осел на землю, но им пришлось прождать ещё целый час, прежде чем из той самой норы высунулся один из трёхглазых. Арчин пригляделся к нему и понял, что на этот раз любопытство одолело совсем другого аборигена. Первый визитёр передвигался достаточно живо, одно его бегство чего стоило. А это существо с полусогнутой спиной шло к цели шаркающей, явно старческой походкой. При этом ни его голова, ни его глаза не метались из стороны в сторону, а свою пику он использовал больше как клюку, тяжело опираясь на неё при ходьбе. Впрочем, удивительное строение глаз позволяло ему не вертеть попусту головой. Боковые глаза следили за тем, что творилось в стороне от маршрута его движения.

Старик, а то, что он был действительно стар, было видно уже отчётливо, не сразу подошёл к сверкающему и «поющему» объекту. Он заворожённо несколько минут смотрел на феерию разноцветных лучиков. Затем, смешно склонив голову к шару, обошёл его несколько раз, всё время приближаясь к нему ближе и ближе. Видимо окончательно убедившись, что шар не рычит и не кусается, он перехватил пику за самый конец и попытался дотянуться до него её кончиком. Но, похоже, в его руках уже не было прежней силы. Наконечник пики безвольно тыкался в землю, не достигая цели. До парней донеслось сердитое шипение и стрекотание со стороны норы. Мар, чуть приподнявшись, попытался выяснить, в чём дело, а потом, улыбаясь, сполз на своё место.

– Зрители в норе, похоже, не слишком довольны нерешительностью старика. Слышите, как шипят?

Ром приложил палец к губам, призывая всех молчать, и тоже чуть приподнял голову над укрытием. Старику видимо самому надоело без толку крутиться на месте. Перехватив пику посередине, он сделал пару решительных шагов к шару… и тут же оказался в ловушке. Мягкая армированная сеть накрыла трёхглазого, и до слуха людей донёсся испуганный вопль, вырвавшийся из нескольких глоток, дополненный протяжным стоном со стороны ловушки.

«Засадники» бегом добежали до запутавшегося в сетке жалобно стенавшего существа, отбросили в сторону его пику. Мар и Эд подхватили добычу, не выпутывая её из сети, а Арчин, захватив шар-приманку, припустил за ними. Каково же было их удивление, когда на полпути к челноку люди оказались в плотном кольце трёхглазых, угрожающе нацеливших на них свои пики! Раздумывать было некогда. Хотя полевые комбинезоны по своей прочности и уступали стандартным боевым скафандрам, всё-таки удары пиками или ножами они выдержали бы, и люди разве что отделались бы синяками на теле. Но рисковать не было смысла. В темноте, разбавляемой только светом нашлемных фонарей, трудно было определить, что в руках у туземцев было кроме пик. Стрела, выпущенная из арбалета или мощного лука с такого расстояния, точно пробила бы обычный комбинезон, а это уже не входило в планы людей.