— Верно, — кивнула Маша, не понимая, к чему я клоню, — но я не хочу ничего отдавать.

— Погоди! — сказал я, — если бы мы прошли сразу через эту рамку, то, если наши рассуждения верны, остались бы совсем без магии… ну, или почти совсем. Так?

— Так, — кивнула Маша, продолжая меня внимательно слушать.

— А если мы сейчас пройдём через эту рамку, то отдадим только те проценты, которые только что получили, и у нас останется то, с чем мы в эту комнату пришли. Условные пять процентов, так?

— Так, — кивнула Маша, которая всё ещё не понимала мою идею.

— Но если мы думаем, что от того, какой коридор и какую рамку мы выберем, зависит сложность предстоящих испытаний, то в минусовом коридоре она должна быть ниже. И она рассчитана на то, что у нас вообще не будет магии. А мы можем пройти туда со своими пятью процентами, отдав только недавно приобретённые, — сказал я.

— Я поняла, — сказала Маша, — но ты думаешь, оно того стоит? Стоит отдавать свои силы, чтобы получить непонятные послабления на маршруте?

— Я думаю, что у нас забрали почти всё, и могу вернуть всё при желании. Но сейчас нас поставили в условия, чтобы мы постоянно находились на грани. И если мы пойдём по лёгкому коридору, но с большим количеством магии, чем они рассчитывали, то получим преимущество. Пусть не ультимативное, но преимущество, — сказал я.

— Но какое? — переспросила Маша.

— Не то, что нам поможет сразу выиграть, — пояснил я, — но, возможно, в трудной ситуации оно окажется решающим.

— Это если они не решат нас наказать за такое своеволие, — сказала Маша.

— Нас уже много раз можно было вообще убить. На это мы повлиять пока что не можем. Мы можем действовать только исходя из доступных возможностей. И если ситуация позволяет нам получить хоть небольшое, но преимущество, то почему бы им не воспользоваться? — сказал я.

— Ладно, убедил! — сказала Маша, — но первый раз экспериментировала я, так что теперь твоя очередь. Сначала ты пройди через минус, и посмотрим, что получится. Если у тебя заберут всё, то тогда идти туда не стоит.

— Ошибаешься, в любом случае стоит, — сказал я, — потому что если минус у меня всё заберёт, а плюс не вернёт, то идти без маны в плюсовой коридор точно не стоит. Это будет проигрышная стратегия.

— Я одна перестаю понимать цепочку твоих рассуждений? — потрясла головой Маша, — ты меня совершенно запутал!

— Всё нормально, — улыбнулся я, — мы идём через минус, и всё. Ты же сама хотела туда, а я тебя силой утащил в плюсовой коридор.

— Мало ли что я хотела! — сказала Маша, — давай, пробуй пройти через рамку, а потом будем дальше разговаривать.

Я повернулся и не мешкая прошёл через минусовую рамку со светочем над ладонью. И он при прохождении уменьшился раза в два. Примерно до тех размеров, которые были раньше.

— Пока что работает, — сказал я Маше, — как мы и предполагали, если пойдём сюда, то останемся при своём. Ты как, идёшь?

— А что мне остаётся? — вздохнула Маша и прошла через рамку, — но если это решение будет удачным, ты не забудь, кто вообще заинтересовался рамками и предложил изучить их работу более внимательно!

— Не волнуйся, не забуду, — сказал я.

У Маши был тот же эффект, что и у меня. Уровень магии вернулся на тот же уровень, что был до прохождения первой рамки. Хотя, конечно, замерить это никак было нельзя, оценка была довольно субъективной, и самым лучшим индикатором по-прежнему оставался размер светоча, который удавалось создать.

Причём по моим представлениям зависимость это была нелинейная. Если вернуть мне все мои способности… а точнее, перестать их ограничивать, то смогу я создать светоч в двадцать раз больше, чем сейчас? И как оценить размер шара на глазок? Ведь в два раза больший объём и в два раза больший диаметр — это совсем не одно и то же. Так что если говорить про объём, я мог создать светоч и в сто раз больше… только вот эффективнее делать не один большой, а несколько поменьше. У них площадь поверхности будет больше, соответственно, и светить они будут лучше. К тому же их можно распределить по помещению, и они будут давать более равномерный свет…

— О чём задумался? — прервала мои размышления Маша.

— О светочах и связанных с ними проблемах освещения, — честно признался я.

Маша удивлённо приподняла брови, не вполне понимая, серьёзно я говорю, или пытаюсь пошутить. Так и не поняв, она озвучила свою мысль:

— Мне кажется, или мы занимаемся какой-то ерундой? — спросила она.

— Тебе не кажется, — кивнул я, — это всё лютый бред, но он так организован, что у нас пока что нет выбора и приходится идти вперёд, стараясь если не выиграть в эту игру, то, по крайней мере, не проиграть.