Естественно, в этот же вечер она войдет обратно в свою квартиру, где объяснит Ми Не и Ван Сику дальнейшие действия. Я же буду лететь в самолете, изображая примерную тряпку перед человеком, которому другой Сай и не нужен. Всё это время я буду наблюдать за Анной О, выжидая момента, когда она решит, что я играю и начнёт действовать.

В таком напряжении пройдет еще несколько долгих дней, за которые я смогу получить лишь три скудных сообщения от Энджи о том, что всё в порядке и Ми На начала давать показания, в то время как Джун Тэ пытался замять через свои связи скандал со стероидами.

Однако, всё это, в какой-то момент, показалось неважным, потому что Энджи прислала фото Сан Ми. Снимки того, как моя девочка играла на диване, ярко улыбаяясь.

В эти минуты, я понимал, что не имею права сдаться и остановиться. Не сейчас, когда осознал, что в ответе уже не только за собственную жизнь, но и за жизнь человека, который станет продолжением меня самого.

С такими мыслями, я спускался по широким ступеням центрального парка в Токио, под объективами камер гуляляя с Анной О за ручку. В этот день мы снимали для передачи о нашем пребывании в Японии.

Красивые пейзажи старых высоких дворцов, утопающих в расцветающей сакуре, совершенно не подходили моему паршивому настроению и оскомине, которая проходилась по зубам так, словно стоматолог делал, в сотый раз, чистку мoей эмали доводя до идеала.

Настоящей агонией оказалось смотреть на гнилое лицемерие, и удержаться от того, чтобы не блевануть прямо под ноги девушке. Ведь она опять стала примерной и вежливой Анной О, спрятав свою протухшую душонку, вероятно опасаясь того, что кто-то рассмотрит какая она на самом деле.

– Повернитесь и обнимитесь покрепче!
– скомандовал стройный оператор японец, который руководил процессом сьемки слишком тщательнo, что не могло не радовать мою спутницу.

Национальный японский костюм жутко неудобно сковывал движения, а учитывая мой рост, подъюбники прямо-таки врезались в портки, которые больше походили на джуты облепившие ноги.

Нет, это красивая одежда, и я бы, наверное, ощутил эстетическое удовольствие, надев её, но не в такой ситуации, когда около трёхсот человек по периметру площади, щелкали фотоаппаратами и выкрикивали наши имена.

Привычный к такому, раньше я не обращал внимания на это, но напряжение внутри достигло пиковой точки. Я слишком волновался из-за того, что происходило дома, и совершенно не мог проявлять профессионализм в такой ситуации. И больше всего боялся за малышку Сан Ми...

– Да! Аригато!*(Спасибо!(яп.)) - бросил с улыбкой оператор, когда я обнял Анну и мы оба поприветствовали толпу.

– Нам нужно ехать! До концерта осталось четыре часа, Сай, – Чхвэ Ён скривился и, махнув съёмочной группе, протянул мою куртку.

– Не надо быть вежливым, Ён! Такому дерьму как ты, это не к лицу!
– ехидно ответив, вырвал парку из его рук и с остервенением надел на ходу, кланяясь в окружении охраны собравшимся зрителям.

Анна О шла позади. Вернее, еле перебирала ногами, в традиционных японских гэтах *(деревянные сандалии), которые норовили слететь с её ног в любой момент.

– Сай! Я не мoгу больше... – девушка заныла и остановилась, а я сцепил челюсть и присел спиной к ней на одно колено, пытаясь совладать с дрожью отвращения во всём теле.

– Залазь, давай,и быстрее! У нас нет времени!
– шикнув, заметил, как она вызывающе на меня посмотрела.

– Будда, дай мне сил, не прибить её на месте!
– прошептал, пoчувствовав, как на мои плечи навалилось тело.

– Ты стал такой заботливый, Сай! Это удивительно, как на тебя прекрасно подействовало внушение папы, – Анна зашептала мне на ухо, пока толпа просто разрывалась от визга, завидев эту картину.

– Помолчи!

– Опять грубишь?

– Ты решила вынести мне мозги до свадьбы? – шикнул и запихнул её в трейлер, от греха подальше сев впереди на место Чхвэ Ёна.

Пусть эта кодла едет рядом, а я полюбуюсь, как они шикарно смотрятся на одном сидении.

– Трогай, Ук!
– кисло произнес, как только Ён усадил свой зад рядом с Анной О.

Только выйдя на сцену, я смог отдать все эти эмоции и забыть хоть на несколько часов обо всём. Потому что огромный стадион "TOKYO Dome" был забит до отказа. В этот вечер в нем собралось пятьдесят пять тысяч человек - мой личный рекорд за всю сольную карьеру айдола. Именно поэтому я отдавался делу полностью. Потому что порой не слышал собственного голоса, когда все эти люди сами начинали петь слова моих песен.