Майор вскрыл аварийный люк и, резко отбросив его в сторону, полез наружу. Семён ожидал, что после того, как откроют люк, в салон самолёта сразу ворвётся поток ледяного ветра, однако на самом деле всё было с точностью до наоборот! Воздух, повинуясь законам физики, начал вылетать из самолёта в направлении образовавшейся дыры. Мигом заложило уши. Семён сглотнул и увидел, как штурман сделал то же самое. Он ухватился рукой за ребро переборки и, отвернув капюшон, укрыл ним свою голову, чтобы его не продуло сквозняком.

В самом хвосте стрелок-радист вообще укутался с головой невесть откуда взявшимся куском брезента. Видимо, он его прихватил с собой заблаговременно и теперь использовал в качестве одеяла.

Десантники продолжили выброску. Следом за майором сразу в люк полез второй офицер, и только его пятки исчезли в проеме от сброшенного люка, в дыру мигом рванул третий. Дальше им оставалось буквально на своем животе проскользить вдоль фюзеляжа, попасть между двух килей и, оттолкнувшись от хвостового стабилизатора, уйти в свободное падение.

Что, видимо, и было проделано десантниками, причем быстро, точно и оперативно.

Дальше оставалось самое главное и, наверное, самое паршивое, что требовалось сделать, — сбросить бомбу на гидроэлектростанцию, что была практически в черте города.

Семён снял рукавицы и включил аппаратуру. Необходимо было внимательно рассмотреть, что будет, когда смертоносный стокилограммовый подарок ударит по предприятию, над которым разливалось и пульсировало свечение.

Пилот пошёл на следующий и последний в их миссии заход. Немного набрав высоты и едва коснувшись носом самолёта облаков, Руслан буквально сбросил машину с небес по направлению к цели.

Время замерло, гравитация исчезла, и Семену казалось, будто его желудок подпер горло, а сам он не стал весить практически ничего. Будто пушинка, подброшенная в небо и увлекаемая стремительным восходящим потоком воздуха.

Бомбардировщик, величественный и мощный, на мгновение завис высоко в небе среди облаков, как бы готовясь к пикирующему полету.

Руслан закусил губу от усердия и резким наклоном руля обрушил машину вниз, оставляя за килями Пе-2 строчки рваных облаков, как будто небо само расступилось под натиском его мощи и дерзости!

Свет Луны отражался от гладкого металлического корпуса, окрашивая его в сверкающие оттенки серебра. Ветер выл в крыльях, наполняя кокпит пением живой музыки, а разрывающий перепонки неистовый рёв двух моторов проникал в самое сердце каждого, кто сейчас был внутри.

Неистовая сила, собранная в каждой детали двигателей, в каждой лопасти ее винтов, гнала машину вперёд. Земля стремительно приближалась, очертания зданий становились более чёткими и ясными. В это мгновение Руслан поймал в прицел объятую синим сиянием электростанцию и, нажав сброс, сразу резко потянул штурвал на себя.

Подобно падающей звезде, несущей с собой надежды одних и лихоумство других, черная, как сама ночь, толстая рукотворная касатка, завывая воздухом, запутавшимся в ее оперении, впечаталась в свою цель. Удар!

С грохотом, разрывая тишину, бомба сдетонировала, разлетевшись на мельчайшие осколки в дикой энергии взрыва. Звук рванул в пространство, а следом огненные языки пламени устремились к небесам.

Семён, превозмогая боль от резко подскочивших перегрузок в результате быстрого подъёма самолёта, припал глазами к окуляру. Только что вспышка от взрыва бомбы растворилась в сиянии купола, и можно было подробно рассмотреть итог их операции.

Специалист подстроил верньер прибора и уставился в совершенно ровную гладь купола из света. Ничего. Никаких повреждений на месте электростанции!

Семён протёр уставшие глаза и ещё раз для уверенности посмотрел в окуляр: всё было целым.

Он хотел было уже окликнуть штурмана, чтобы передать ему увиденное, как внезапно по сиянию купола пошла огромная волна. Свет в одном месте расступился, и из образовавшейся чёрной прорехи вылетел тот самый диск, который Семён наблюдал накануне.

Выйдя из купола, диск резко изменил траекторию и, развив невероятную скорость, направился прямо к ним. Семён всё видел в окуляр. Быстро нагоняя самолёт, диск начал моргать какими-то странными вспышками оранжевого цвета, которые по мере приближения к самолёту превратились во множество лучей. Несколько из которых ударили по самолёту.

Их Пе-2 ощутимо тряхнуло, и прямо около головы Семёна образовалась оплавленная дыра. Семён от неожиданности опешил, а затем, поняв, что это может быть то самое «противодействие враждебных элементов», о возможности которого писалось в приказе, громко заорал: «Атака!»