— Мужики, для всех этих стратегических обсуждений выделите время как-нибудь потом, — обратился к нам Фазан. — Сейчас прошу к двигательному отсеку — нужно вытащить КПП и начать с ней жёсткую групповуху…

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 13 февраля 2027 года*

— Расскажи, чем ты занимался до зверопокалипсиса, Щека, — попросила Лапша, передавая Фуре трубку кальяна.

— Да в Дотку катал днями напролёт, — ответил он. — Учился… да и всё, в целом.

— Ноулайфер, (1) — сказал я.

— Кто бы говорил? — усмехнулся Щека. — У меня хотя бы была перспектива, я бы поступил в уник и зажил нормально, а вот ты уже в унике учился и ебланил по-крупному!

— Не зажил бы ты нормально, — покачал я головой. — В школе я тоже думал, что вот в уник поступлю, брошу КСку, заведу друзей и буду тусоваться. Но дело оказалось не в месте, а в человеке. Да и в ноулайфе нет ничего плохого — у меня есть целых три примера, как социально активные фуллайфовые ребята подсели на синтетику, а затем вконец сторчались. Один даже умер, за полгода до зоошизы.

— Тут да, хуй угадаешь, — согласился Щека. — Но обидно, блядь, что у нас отняли нашу жизнь.

— А сейчас разве так плохо? — спросила Фура.

— Прикалываешься?! — посмотрел на неё Щека. — Я хочу в Доту! Хочу в дискорде собрать свою пачку (2) и зарегать катку-другую, а желательно двадцать!

— А я вот не горю энтузиазмом играть в КСку, — сказал я. — Даже по локалке Нарк предлагал — что-то как-то не охота…

— Да потому что КС — это говно! — ответил на это Щека. — Дота 2 — уан лав!

— Может и говно, — не стал я спорить. — Но Дота точно хуже — это селфхарм. (3)

— Хуйня! — не согласился Щека. — Дота — это шахматы от мира компьютерных игр!

— Да-да, конечно… — махнул я рукой.

— Фура, а ты чем занималась по жизни, помимо эзотерики? — сменил тему Щека.

— Ну… — задумалась она. — Да я всё время только этим и занималась. Копила на квартиру в Москве.

— Хуя себе! — заулыбался Щека. — Получается, у нас в компании почти москвичка? И сколько накопила?

— Всего восемь миллионов, — ответила она.

— ВСЕГО?! — выпучил я глаза.

— На квартиру на Патриках всё равно не хватало, — пожала она плечами. — А я ещё ремонт собиралась сделать, ну и машину обновить, а то мой Мерс начал морально устаревать…

— Мерседес W214-й и морально устаревать?! — спросил Щека. — Ты реально прикалываешь нас?!

— У Мерса нет возраста, а есть только состояние, — озвучил я когда-то услышанное выражение.

— В обществе, в котором я вращалась, у Мерседесов был возраст, — улыбнулась Фура. — Но это уже неважно. Нет ни того общества, ни того Мерседеса.

— Мажорка, — заключил Щека.

— Я работала! — возмущённо воскликнула Фура. — Быть проводником — это очень энергозатратно!

— Энергозатратно — это быть полупроводником! Ха-ха-ха! — заржал я.

— Да идите вы, — скуксилась Фура. — Щека, дай мне сигареты.

— Держи, — передал он ей пачку.

Она чиркнула зажигалкой.

— А ты чем маялась по жизни, Лапша? — спросил Щека.

— Ну, вы знаете — я выскочила замуж в восемнадцать, была домохозяйкой до двадцати шести, а затем развелась, — начала она. — А потом работала мастером по маникюру и депиляции. И так до самого конца.

— И много выручала? — спросил Щека.

— Да, — улыбнулась Лапша. — Хватало на всё.

— Это круто, — кивнул Щека. — Значит, это мы со Студиком в этой комнате самые нищеёбы?

— Я не считаю, что был нищеёбом, — сказал я. — Мне хватало на мой скромный ноулайф и я был доволен.

— И не хотел ничего больше? — нахмурился Щека. — Я всегда считал, что заслуживаю большего — у меня такие планы были на бабки, которые я бы заработал, не случись этого пиздеца!

— Знаешь, как потратить большие бабки — на это и у меня всегда было дохрена идей, — усмехнулся я.

— А что думаете о предложении Профа? — поинтересовалась Фура. — Мне кажется, это как-то слишком рискованно.

— Я считаю, что дед, наконец-то, начал мыслить трезво, — улыбнулся Щека. — Одиночные рейды — это круто, это почётно и это мета!

Это стало результатом допроса пленных из Ростова. Они сообщили, что КДшники Пиджака периодически отправляются в затяжные одиночные рейды к отдалённым целям, чтобы принести оттуда что-нибудь полезное. Но это делается не ради каких-то ценностей, а ради прокачки.