Ткань. И не просто ткань. Шелк. Атлас. Кружево.

– Я нашел твой фетиш, - сказал он, - спрятанный в ящике комода.

Пакет! Секрет, который я с таким трудом скрывал. Мое сердце тут же бешено заколотилось. Я отдернул руки.

– Это не мое, - сказал я.

– Конечно, твое, - сказал Валеро.

– Это принадлежало девушке, - Оправдание прозвучало слабо даже для моих собственных ушей, и Валеро перебил меня.

– Тебе не обязательно лгать.
– Его голос низко, хрипловато шептал мне на ухо.
– Может, ты и слепой, но я-то - нет. Я вижу, как это тебя заводит.
– Я вздрогнул, когда он коснулся моей шеи.
– Я вижу, как краснеют твои щеки и учащается пульс.
– Его губы заменили палец. Дразнящее ощущение теплого, влажного языка, скользящего по моей шее, заставило меня застонать. Валеро провел пальцами вниз по моей груди, животу. Кончик его пальца коснулся головки моего возбужденного члена, и я застонал.
– Это твое, - сказал Валеро.

– Нет.
– Мои протесты становились слабее с каждой минутой.

– Тебе не нужно стесняться меня, - сказал он, продолжая целовать мою шею, подбородок, ухо.
– Я мужчина, умеющий ценить, - он властно сжал мою шею сзади, - красивые вещи.

Мог ли я ему верить? Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой, но в его голосе не было смеха. Никакой насмешки. Только возбуждение. Я застонал, когда его теплая рука обхватила мой ноющий член и начала двигаться.

– Неужели ты не хочешь хотя бы потрогать их?
– прошептал он.

Мое сопротивление длилось всего мгновение. Валеро целовал меня в шею, его рука гладила мой член. Мне предлагали единственную сексуальную разрядку, о которой я всегда мечтал, но которую так и не получил. Я медленно протянул руки и положил их на груду кружев и шелка передо мной.

Мне нравилось это ощущение - всегда нравилось, - но это было тем, чем я никогда не делился ни с кем из своих любовников. Никто из них бы этого не понял. Не то чтобы мне нравилось одеваться в женскую одежду. У меня не было желания носить платья или пыточные приспособления, которые выдавались за женскую обувь. Но нижнее белье? Нижнее белье мне очень нравилось: трусики, колготки и корсеты тоже. Мне нравилось ощущать его на своей коже и то, как оно, казалось, ласкало мои самые интимные части. Иногда я позволял себе надеть что-нибудь из белья под множество слоев жесткой, накрахмаленной формы, но в основном я прятал нижнее белье подальше, доставая его только в темном уединении своих личных покоев. Прикосновение к кружевным изделиям заставило меня задуматься о том, как приятно их носить, и мысль о том, чтобы надеть их, взволновала меня больше, чем я мог выразить словами.

Рука Валеро продолжала двигаться по члену. Его губы коснулись моего уха.

– Они все черные, - сказал он.

Да. Всегда черный. Я не мог объяснить, почему только черное белье так сильно меня возбуждало. Я погладил ткань, представляя, как приятно было бы надеть что-нибудь из этого.

– Держу пари, ты выглядишь в нем потрясающе, - сказал он.
– Надень одно из них для меня. Пожалуйста.

– Тебе не противно?
– Спросил я, мой голос был едва слышен.

Звук, который он издал, прижимаясь ко мне, был больше похоже на рычание, чем на стон.

– Определенно нет. Я уже говорил тебе, что я за все, что тебя возбуждает.

Это, права, возбуждало меня. Он меня возбуждал. Его руки были такими приятными на ощупь. Его губы были восхитительны на вкус. Шелковое и кружевное белье под моими руками было еще приятнее. От одной мысли о том, что меня будут трогать, ласкать, целовать и трахать, пока я буду в нем, перехватывало дыхание.

– Давай, - сказал Валеро. Его голос звучал все громче.
– Выбери что-нибудь одно. Покажи, что из этого твое любимое.

Я боролся с желанием сказать ему, что у меня нет любимого. Я хотел было возразить, что не знаю всех деталей, но это было бы ложью. Я глубоко вздохнул и начал перебирать предметы. Из-за слепоты и связанных запястий это было сложнее, но я знал на ощупь ткань, шелк, атлас и кружева разных форм - мягкие, грубые, эластичные и не очень. Я нашел то, что искал, - не самое модное в моей коллекции, но элегантное в своей простоте.

– Это, - сказал я, хотя мой голос прозвучал как шепот.

– Надень.

Я дрожал, пока надевал - отчасти от смущения, отчасти от возбуждения. Из-за того, что мои запястья были связаны, было трудно, так как я ничего не видел, но Валеро помогал мне, направляя мои ноги в отверстия. Он натянул их на место. Это были трусики - ничего больше. Небольшие. Но они были сшиты из эластичного черного кружева. Они плотно облегали кожу, и мне нравилось, как при каждом шаге слегка шероховатая ткань терлась о мой член. Мне нравилась ее упругость вокруг моих яичек. Мне нравилось, как натягивались кружева, когда я становился твердым, точно так же, как это было сейчас. Я стоял, изо всех сил стараясь держаться прямо. Изо всех сил стараясь не смутиться. Валеро издал низкий, протяжный свист, и я подпрыгнул, почувствовав, как чей-то палец скользнул по моей груди.

– Ты просто чудо, - сказал пират.

Я почувствовал, как он придвинулся ближе. Я почувствовал его возбужденный член у своего бедра. Его губы прикусили мое ухо. Его рука скользнула вниз по моей спине. Он схватил меня за задницу и сильно сжал. От этого плотная, грубая ткань натянулась у меня между ног, грубо скользя по моему члену, и я задохнулся от удовольствия.

– О, - сказал Валеро довольным голосом, снова прижимаясь ко мне.
– Неужели так просто?

Он снова сжал, натягивая ткань сильнее, и я услышал свой стон от ощущения, что кружево натягивается на мою эрекцию. Я столько раз мастурбировал в нижнем белье, но ничто не могло сравниться с тем, как другой мужчина прикасается, пока я в нем.