— Что за ужасы творятся в столице?

— Обычные бандитские будни, — усмехнулся Сирота.

После того как мужчины вышли из комнаты, Алена обратилась к Майе:

— Помоги мне её раздеть, я должна осмотреть тело на предмет внешних повреждений.

— Ого, какая гематома! — прокомментировала она увиденное, — Похоже, что сломаны ребра. Завтра с утра надо обязательно сделать снимки и УЗИ, потому что после такого удара возможны повреждения внутренних органов.

— Чем это её? — поинтересовалась Майя, наклонившись ближе.

— Чем-то твердым, — пожала плечами Алена, — Или результат падения. Завтра специалисты точно скажут, а пока надо привести её в чувство.

Она достала из стеклянного шкафа пузырек и аккуратно смочила ватку. В комнате резко запахло нашатырным спиртом. Алена поднесла ее к лицу девушки, осторожно перемещая от одной ноздри к другой. Та смешно поморщилась, фыркнула и резко распахнула глаза, испуганно уставившись на Майю.

— А где ваш ребенок? — неожиданно спросила Таисия. Вспомнив что-то неприятное, она еще шире распахнула глаза и воскликнула, прикрывая грудь руками: — Ой! Я где? Кто меня раздел?

Ее охватила отчетливая истерика.

— Тихо, моя хорошая, все позади, ты в безопасности, — мягко проговорила Алена, положив руку ей на лоб. — Вас хотели похитить плохие люди, но папа Майи успел вовремя. Девушку зовут Майя, я — Алена, и сейчас ты у меня дома.

— А вы кто? Почему я у вас? — Таисия задала вопрос, на который не было простого ответа. Точнее, вообще не было однозначного ответа, только гипотезы.

— На, накинь свою футболку, — чтобы успокоить девушку, Алена протянула снятую вещь. — Хотя подожди, она вся в грязи, как и твои шорты. Я сейчас что-нибудь подберу.

Алена резко развернулась и быстро вышла из комнаты.

Таисия снова вперила вопросительный взгляд в Майю, стоявшую столбиком, и неожиданно ойкнула, задев больное место.

— Блин, как больно, — скривилась она.

— Тебя ударили или ты упала? — поинтересовалась Майя.

— Ударили, кажется, — проскрипела Таисия. — Сзади, в подъезде, гады!

— Меня тоже сегодня похитили! — неожиданно выпалила Майя. — Но папа меня нашел.

— А вы вообще кто? — повторила Таисия свой вопрос. — И эта женщина, Алена, кажется?

Майя слегка подвисла, но потом затараторила, как из пулемета:

— Я сама ее впервые вижу, представляешь? Она просто согласилась приютить меня, пока мой папа тебя спасает. А перед этим дала вертолет, чтобы спасти меня!

— Она знакомая твоего папы? — уточнила Таисия, пытаясь сложить картинку из раскиданных пазлов.

— Неа, — возбужденно махнула рукой Майя. — Они тоже только сегодня познакомились.

— Тогда я вообще ничего не понимаю, — Таисия почесала голову, поправляя накинутую на голое тело грязную футболку, и снова сморщилась от боли.

— Хи-хи, — Майя состроила глупую мордашку, мол, я тоже, но потом сосредоточилась и перешла к делу. — Ты же знаешь, что сегодня взорвалась бомба в торговом центре. Там пострадали папины друзья и еще одна девушка, которая оказалась твоей сестрой. Потом бандиты схватили меня и посадили в машину, после чего привезли на яхту, которую потом взорвали. Но я умудрилась выбраться и вплавь почти добралась до берега, когда меня нашел мой папа. Оказывается, он меня искал и попросил через своих знакомых, чтобы ему дали вертолет, на котором мы с ним сюда и прилетели. Алена — это как раз хозяйка вертолета и всего здесь. Так мы с ней и познакомились. Потом папа выяснил, что пострадавших навещала только ты, и поехал тебя предупредить. Как раз успел вовремя.

— Ничего себе! — только и смогла мымолвить Таисия, после такой головокружительной истории.

В это время вернулась Алена с целой кучей пакетов и положила их на стоящее рядом кресло.

— Подбери что-нибудь, здесь все новое, себе покупала, да как-то не добралась пока. Мы с тобой примерно одинаковые, — улыбнулась она, а потом строго добавила: — Только осторожней, у тебя огромная гематома, скорее всего, сломаны ребра, завтра будем обследовать. Мы с Майечкой пока выйдем, когда будешь готова — позовешь, договорились?

— Хорошо, — кивнула Таисия, едва сдерживая слезы от боли и неожиданно нахлынувших эмоций.

Как только они вышли, Тося, кряхтя, как столетняя бабка, поменяла положение тела с лежачего на сидячее и все-таки разревелась, выгоняя из организма через слезы все свои страхи, сомнения и переживания...

Макс сначала оцепенел, подумав, что это у него глюки, но потом глаза подтвердили эту информацию, определив вошедшего мужчину, как давнишнего друга и боевого товарища, Женьку Супруненко, по прозвищу Сирота.