— Ай-ай-ай, какая нехорошая девочка, просто бяка! Фу на тебя! — корила себя Таисия, прилипнув к косяку двери и не в силах даже на миллиметр сдвинуться с места.

Она уже целый час подслушивала рассказ Сироты, заново переживая те непростые дни и ночи, которые выпали на их судьбы.

— Потом тебя погрузили на оборудованный всем необходимым самолет и эвакуировали в Новосибирск, где впервые после взрыва вывели из искусственной комы, подготавливая к операции. А уже через две недели реабилитации перевезли сюда. Это просто чудо, что мой куратор дружит с такими людьми! Можно сказать, что ты вытащил Джек Пот! У тебя был один шанс из миллиона, и ты его выудил!

Сирота прервался, что-то передвигая, и Таисия, затаив дыхание, напряглась, готовая в любой момент дать дёру. Она не знала, что рассказчик был не просто подготовленным диверсантом, а одним из лучших, если не самым лучшим на данный момент. Он почувствовал её присутствие практически сразу, ещё в начале разговора. Все это время он старался не подстёгивать ситуацию, отвлекаясь на воспоминания, но всякому терпению приходит конец, и в конце концов его эмоции взяли верх!

Сирота скорчил Максиму рожу, приложив палец к губам, а затем показал на себя, намекая, что их подслушивают. Прокашлившись, он продолжил:

— Но всего этого не произошло бы, если бы не твоя невеста!

Максим выпучил глаза, а Сирота, хитро подмигнув, снова указал на дверь и прижал руку к уху, как будто прислушивался.

— Она вцепилась в этого медицинского олигарха, как самка богомола в своего избранника после спаривания! Я, говорит, девушка не бедная, и для своего жениха ничего не пожалею!

У Таисии от такой наглой лжи глаза чуть не выскочили на пол. Она прижала обе ладошки ко рту, блокируя голосовые выбросы, и надула щеки. А Сирота, тем временем, продолжал:

— Я сначала думал, что она врет, как все женщины, но нет, она настоящая Рокфеллерша, представляешь? Так что за свою безбедную старость теперь можешь не переживать. Это, кстати, её дом, как и всё вокруг. Здесь целое поместье, прямо в национальном парке! Хотя, если говорить честно, стерва редкая, так что придется терпеть. Но на тебя, похоже, это не распространяется.

Сирота сделал паузу, громко вздохнул и, изображая интонацию девушки, с выражением произнес:

— Мой Максик! Бедненький! Ему же больно!

Затем, вернувшись к нормальному голосу, добавил:

— А на других шипит, как злая кошка, которой на хвост наступили. Ты поговори с ней потом...

Он сделал вид, что споткнулся на слове, а Таисия, уже переполненная бессильной яростью, почти встала на низкий старт, подыскивая, что бы потяжелее взять в руки. Вдруг Сирота вскрикнул:

— Макс! Прикинь, у тебя мышь по комнате бегает, вон, к двери побежала. А ну, брысь отсюда!

Сирота сделал шаг и пнул теннисный мячик, который недавно притащила Найда. Мячик послушно поскакал в сторону двери и скрылся в проходе. Там истошно заверещали, и сразу раздался удаляющийся топот. Сирота радостно загоготал, а Максим, черканул себя забинтованной рукой по горлу, будто говоря, что на войне тебя не убили, так здесь точно пришибут!

Красная, как помидор, Таисия, по широкой дуге пересекла большой зал и, уже на излете, воткнулась во входящего Матвея. После чего сунула ему под нос кулак и, мстительно фыркнув, выскочила из дома.

Он удивленно покрутил пальцем у виска и прошел в комнату Макса.

Таисия, словно колобок, скатилась к берегу и плюхнулась на любимую скамейку. Сердце бешено колотилось в груди, готовое выпрыгнуть наружу. Когда дыхание наконец выровнялось, а мысли прояснились, она осознала: её провели! И она, глупая, повелась.

— Ну, гады! Я вам устрою! — пробормотала она, обращаясь к Великому озеру и выпуская пар в атмосферу. — Я вам покажу невесту с приданым. Хм.

Наперекор настроению, на губах расплылась глупая улыбка.

— Невеста, блин! Из теста! Ну Женя, ну гаденыш! Как он догадался, что я подслушивала? Держись теперь, моя месть будет страшной! Я тебе устрою Варфоломеевскую ночь...

— Привет, Тося. Ты почему здесь одна сидишь? — раздался сзади голос Майи.

Тося вздрогнула, но тут же успокоилась.

— Привет, Майечка, присаживайся. Ты когда улетаешь?

— Мы с папой отчаливаем завтра. Сначала в Москву, а потом я лечу в Казань, на Универсиаду.

— Так вы вместе с Женей летите? — удивилась Таисия. — Жаль. Тогда надо поторопиться.

— Куда поторопиться? — не поняла Майя.

— Есть у меня к твоему папе... одно дело. Надо успеть до его отъезда.

— Какое дело? — простодушно поинтересовалась слишком любопытная дочка Сироты.

— Важное, Майечка. Очень важное! — кровожадно улыбнулась Таисия, потирая ладошки. — Не опаздывай к ужину, будет праздничный пирог. Сладкий, вкусный, я его сама испеку.