– Ангелина, – Соня обнимает меня со спины, – ты расстроена? Это из-за фото?

– Не только, – оборачиваюсь к ней и утыкаюсь в ее плечо лицом, – боже, Соня, он украл меня у матери.

– О чем ты? – та подхватывает меня пошатывающую и помогает добраться до небольшой подсобки, где не снуют рабочие, – детектив все разузнал?

– Нет, – я горько усмехаюсь, – меня засекли сразу же, как только я прилетела в страну, потому что была в базе пропавших детей.

– Что? – она ошарашенно осела на стул и меня потянула на соседний.

– Вот так, – я всхлипнула, – поэтому отец всегда был так против моих поездок сюда. Он знал, стоит мне приехать и все раскроется.

– Боже, – она сжала мою ладонь, – а мама?

– Умерла, – я прикрыла рот рукой, – черт, думала уже все, смирилась. А стоило увидеть портрет и опять по живому.

– Мне жаль, Ангелина, – она погладила меня по ладони, – но кто тогда тебя нашел, полиция?

– Нет, – я откинулась на стул и вытащила из сумочки бумажные платочки, – Дема это Демид, он все время был рядом, присматривался, как говорит.

– Неплохо присматривался, – хмурится Соня.

– Меня не было больше двадцати лет, его можно понять, – осторожно промакиваю лицо, – мы все выяснили и я думала, что все будет хорошо. Казалось мы созданы друг для друга.

– И тут Лена устроила этот скандал с фотографиями, – закончила подруга, – черт.

– Да, – шумно выдыхаю, – и Алекс приехал. Разорвал помолвку, намекнул что я падшая женщина и забрал кольцо. Нет, он прав, конечно… Но как-то много всего для меня одной.

– Вот вы где прячетесь, – в подсобку заглянула Натка, – я разогнала журналюг и намекнула что ты укатила в центр встречаться в «7 комнате» со своим таинственным спонсором, так что мы можем спокойно перейти дорогу и засесть в кафешке напротив. Я безумно хочу мороженое пломбир: белый, клубничный и с дыней. А еще крошку и много-много топпинга.

– Не лопни, – я рассмеялась, – конечно, пойдем, – поднялась на ноги, – девочки, что бы я без вас делала? – всхлипнула в последний раз и расправила плечи.

– Страдала бы в одиночестве и стреляла дротиками в фотки Лены в белье, – Натка потащила меня на улицу, – хотя идея эта хорошая, предлагаю реализовать вечером втроем. Я еще и куклы Вуду делать умею.

– Страшная женщина, – Соня вышла следом за нами в летнее кафе с выносными столиками, где Натка получила свое огромное мороженое, я бокал красного вина, а Соня пирог с вишней.

– В этом году лето прям балует хорошими деньками, – Натка зажмурилась от солнечного луча, светанувшего ей прямо в лицо, – наверное, все дело в том, что ты приехала.

– Особенно, – я немного отпила вина, – привезла с собой погоду из Майами, вместе с Алексом.

– Ого, он приехал? – Натка поперхнулась и взялась за салфетку, – с чего вдруг? Так соскучился?

– Лена ему позвонила по скайпу и рассказала обо всем.

– Кошмар, – она ошарашенно посмотрела на меня и Соню, – вот ведьма подлая. Мало было этих заказных статей про тебя, так еще и тут. Фотки, кстати шикарные. Я бы их в качестве рекламы к выставке использовала.

– А вот что написано под ними ужасно, – я совсем поникла, – мне уже даже начинает казаться, что зря я приехала. И отношения мои с Демидом тоже зря. Одни только проблемы для меня, для него и вообще для всех вокруг. И из квартиры хозяйка меня попросила, вот только звонила и отчитывала, пока я в такси ехала. Оказывается, ей муж изменял, и она ненавидит разлучниц. Так что будьте добры, освободите жилплощадь в течение трех дней.

– Права не имеет, – Соня нахохлилась, – я переводила за полный месяц.

– Непредвиденные обстоятельства, квартиросъёмщица оказалась шалавой, – я посмотрела на обеих, – не думала, что у вас все такие любители газеты читать.

– Возможно опять Лена, – кисло улыбнулась Натка.

– И у вас могут быть проблемы. Вы ведь тоже получается сотрудничаете со скандальной и не уважающей семейные ценности личностью. Так журналистка обо мне сказала и так пишут.

– Да пошли они, – Соня с остервенением принялась терзать свой пирог, – у нас скандалы каждый день, завтра опять про меня напишут, потому что Тимофей заезжал за подарком для отца и тут его переловили журналисты. Не переживай, встретимся на соседних разворотах.

– Наверное те, что меня ждали, прости, – я виновато вздохнула.

– Да брось, я Ренату уже написала и Тима предупредила. Пусть выкупают статью или пусть печатают, мне уже все равно. Устала я оправдываться. Ну был у нас с Тимом роман и помолвка, не поженились, расстались. Да, теперь видимся периодически. Но на этом все, никакого романа у нас нет. Вы представляете? Теперь бродит идея, что я решила вернуться к тому брату, что младше.

– Эти стервятники никогда не успокоятся, – Натка покачала головой, – смотри, кто собственной персоной явился.