– Да что ты не отдашь? – не выдерживаю и начинаю орать, – мы расстались.

– Нет, – она подходит ближе и зло тыкает мне пальцем в грудь, – два года и вдруг ты решил вот так просто меня бросить? Да что в ней такого? Еще же тридцать, она старая вешалка, бу!

Господи, дай мне сил….

– Пошла вон, – сжимаю ее ладонь до боли и отбрасываю от себя, – проваливай и чтобы я тебя больше не видел.

– Не надо так со мной, – Лена вытирает слезы.

– Раньше нужно было думать, когда я по-хорошему предлагал. Топай отсюда, Лена.

– Дем, не глупи, – она подходит ближе и прижимается к моей груди, а я не чувствую ничего, – у нас же столько хорошего было.

– Брось, Лена. Я тебя купил, если ты не забыла, – осторожно отстраняю ее от себя. До сих пор не понимаю, как наши отношения из веселого съема модели на новогодней вечеринки выросли в двухлетние отношения. А еще и свадьба намечалась….

Я точно жил в каком-то бреду.

– А с ней значит любовь, так? – она задрала свой носик.

– Так, – киваю.

– Ну-ну, посмотрим, что у вас получится, – она быстро развернулась и выбежала из кабинета.

Черт, только бы больше не вернулась и не лезла, а с газетами я разберусь. У нас ежедневно что-нибудь, да происходит, через какое-то время никто уже и не вспомнит об Ангелине.

Набираю своей малышке, но она опять не берет. Заезжаю домой вечером и обнаруживаю, что там нет ни Ангелины, ни ее вещей. В съемной квартире тоже пусто. В груди нарастает тревога, а вдруг она улетела? Черт, так быстро невозможно все организовать.

Забираюсь в машину и звоню каждые десять минут. Ангелина соблаговолит поднять только на одинадцатом звонке. Зря Лена упоминала про возраст. В свои тридцать Ангел ведет себя как шестнадцатилетняя малолетка. Своим игнором чуть до инфаркта меня не довела.

– Да? – уже по первому слову я понимаю, что девочка немного навеселе.

– Ты где? – стараюсь говорить как можно более спокойно, хотя хочется от души на нее рявкнуть.

– В клубе, но скоро буду уже уходить, – на заднем плане слышится удаляющиеся биты и шум голосов. Видимо вышла на улицу поговорить со мной.

– Я заберу, скажи где, – устало выдыхаю в трубку, – Ангел, я пиздец устал за сегодня. А еще весь вечер приходится тебя разыскивать.

– Прости, – раздается совсем тихо, – я немного не в форме сегодня, – слышится тихий смешок, – выселили из квартиры, пару раз вылавливали журналисты. Черт, они у вас такие агрессивные, еще хуже наших. Вот Натка и позвала проветриться сегодня.

Блядь, Лену разорвать хочется за все те проблемы, что она Ангелине устроила. Мысли скрутить и затолкать в багажник, а потом выкинуть где-нибудь на пустыре не кажутся больше такими уж экстремальными. Ленке было бы в самый раз.

– Скажи в каком ты клубе.

– Дема, давай некоторое время не будем видеться. Я не хочу создавать тебе проблем.

– В каком ты клубе? – не удерживаюсь и рявкаю, – со своими проблемами я как-нибудь сам разберусь.

– «Скандал», – она опять цокает каблуками и звуки музыки нарастают, – очень мне подходит, правда?

– Через пятнадцать минут буду, – завожу автомобиль и прижимаю трубку плотнее к уху, – Ангелина, ты со мной?

– Да, я с Наткой попрощаюсь, – раздается вяло в ответ. Бедная малышка, проблемы из нее всю жизнь высасывают.

– Хорошо, буду ждать тебя на улице, – бросаю телефон на приборную панель и матерюсь. Все же так хорошо у нас было. И одна ревнивая дура так все испортила.

До клуба добираюсь быстро, дороги к ночи уже полупустые. У самого входа тусуется и курит народ. Ангелина спускается по ступенькам. На ней черное короткое платье и длинные оголенные ноги притягивают к себе внимание окружающих мужчин. Красивая, блин и моя.

Замечаю очередного журналиста, что спешит ей на встречу и натурально зверею. Эту всю травлю наверняка Лена устроила и заплатила им. Не такого уровня Ангел персона, чтобы так прессовать и вылавливать по всему городу, да еще и по ночам у клуба сторожить.

Хлопаю дверью машины и преграждаю ему дорогу:

– Вон пошел, – закрываю объектив увесистой зеркальной камеры и предостерегающе смотрю на молодого ушлого паренька в кедах и черной футболке, – хоть пара снимков и камеру разобью.

– Вы права не имеете, я на вас в суд подам, – не теряется и хорохорится он. Окружающие уже начинают на нас с интересом поглядывать, ожидая разборок.

– Удачи с моим адвокатом, – вырываю у него из рук камеру и вытаскиваю карточки памяти. Камеру отдаю обратно.

– Козел, – возмущенно процедил паренек и зыркнул на Ангелину, что уже успела подойти к нам.

– Никаких комментариев, – хмуро прошагала мимо парня с камерой, по дороге вцепившись в мою ладонь, – увези меня, пожалуйста.

– Поехали, – иду следом, бросая последний предупреждающий взгляд на парня. Быстро сажаю Ангелину в машину и ударяю по газам, – тебе нужно было остаться дома.