– Меня иногда мучает та же мысль, – вынимаю противень из духовки и ставлю на стол. На ужин у нас будут стейки с тушеными овощами, – а еще я думаю о том, что было бы, останься я рядом, проведи с тобой, мамой и сестрой эти двадцать четыре года. Дема, это же целая жизнь.

– Да, – он грустно задумался, – знаешь, я уже какое-то время смерился, что мы не увидимся и ты так никогда и не узнаешь ни о том, как сильно тебя любила Оля, ни о том, как одержим тобой был я. Мама так горела этим желанием тебя найти, что и меня оно не отпускало никогда. Только с ее смертью ситуация изменилась. Я уже тосковал по ней и отцу, а воспоминания о тебе запер где-то глубоко внутри.

– А потом я выскочила как черт из табакерки, – я взмахнула рукой, – и все понеслось кубарем. Теперь ты украсишь собой голым страницы газет и это тоже из-за меня.

– Я не жалею, – произнес Демид серьезно, – и ты не смей. Было и было, Ангел. Живем один раз и времени потеряли очень много. Больше никаких компромиссов – ты моя и точка.

– А ты мой, – прикрываю глаза, – будущий муж. И отец моих будущих детей. Ничего, что я так далеко загадываю?

– Ничего, – он усмехнулся, – я уже привык. Миша свою малую как ни приеду дает подержать, крестница с меня не слазит. Я знал, что и меня все это коснется рано или поздно.

– Успел смириться?

– Угу.

– Это хорошо, – улыбаюсь сама себе, – а еще мне хочется познакомиться с Викой.

– Когда вернемся. Сестра в Москве, так что это будет не проблема. Думаю, увидев наши с тобой фото в газетах, у нее будет много вопросов. Вы с мамой похожи, – он указал пальцев на мое лицо, – и родинка в одном месте.

– Я помню, – сосредотачиваюсь на ужине и потихоньку наблюдаю, как Демид занимается организацией нашего досуга на вечер. Колет на улице дрова, складывает их у камина, разжигает огонь.

На домик за какой-то час опустились сумерки и стало совсем уютно. От предвкушения того, чем мы займемся чуть позже в животе запорхали бабочки. Чувствую себя сейчас бесконечно счастливой и не верится, что еще утром я была почти раздавлена.

Поставив ужин в духовку, отправилась в спальню на второй этаж, чтобы и самой освежиться. Демид остался откупоривать вино и выбирать музыку на плеере. Когда вернулась, свет на первом этаже уже был потушен, а многочисленные свечи, расставленные в разных местах и ненавязчивая мелодия создавали сказочную и уютную атмосферу.

Мой мужчина умеет быть романтичным. От мысли, что Демид скатился вот до этого хотелось улыбаться и бесконечно смущаться. Все ведь для меня. Его любимой.

Медленно спустилась по ступенькам, заправила за ухо еще влажные волосы и прошлепала босыми ногами к кухне, где меня уже ждал налитый бокал вина, а из духовки манил распаляющий аппетит аромат.

– Ты так романтичен, – забираю бокал и делаю небольшой глоток белого сладкого вина, прячу свою улыбку и искрящиеся счастьем глаза за ним.

– Только для тебя, – Демид все так же расслабленно сидел за столом, задумчиво меня рассматривая. На секунду я пожалела, что времени было не так много и купили мы только самое необходимое, поэтому ни красивого белья, ни сексуальной комбинации или платья у меня не было. Все та же простая белая майка и короткие джинсовые шорты, а под ними трусики в горошек от какого-то бренда из масс маркета, – идеальная.

– Правда? – опять отпиваю глоток и ставлю бокал на стол, подхожу к Демиду ближе и тянусь к его губам за поцелуем.

– Да, – он провел ладонью по майке задевая грудь и живот, дернул за пояс шортов. Карие глаза озорно блеснули в полумраке.

– И ты, – усаживаю ему на колени, широко разведя ноги и обхватывая торс, – у тебя идеальные пропорции лица, совершенное развитое тело. Я могу смотреть вечно на тебя независимо от того, чем ты занят. Обожаю следить, когда ты работаешь, хмуришься и зло огрызаешься на своих подчиненных. Ты такой властный в эти моменты, что я моментально намокаю.

– Вот как? – Дема поднял бровь.

– О да, – прикусываю нижнюю губу, – оказалось бессердечные бизнесмены в моем вкусе, – тихо усмехаюсь и провожу пальчиком по его скуле и приоткрытым губам, – а еще когда ты мне позируешь голым, тогда ты так смотришь… я вижу, что хочешь и мне хочется в ответ раздеться для тебя. Чтобы и на меня смотрел обнаженную.

– Мы обязательно это попробуем, – он прикрывает глаза и находит мои губы, – правда не уверен, что меня хватит больше чем на пять минут.

– Ммм, – усмехаюсь ему в губы, – а еще я просыпаюсь ночью или рано утром и долго смотрю как ты спишь. Словно лев в саванне, такой мощный и опасный внутри, но рядом со мной усмиренный и почти ручной.