По простору сбоку и по запаху багульника капитан догадался, что дорожка огибает болото. Он бежал, исходя из простого соображения, что дорожка куда-нибудь приведет.

Он взлетел на пригорок и остановился, не понимая, куда попал. Внизу, под бугром, бессмысленно громоздились гигантские черные кубики. И не сразу пришла догадка, что это брошенные избы.

Деревня Низы.

Капитан спустился на улицу, заросшую лопухами и темную, словно запорошенную сажей. Он подошел к крайней избе: казалось, она не на фундаменте стоит, а пала на колени.

Палладьев дернул рыхлую дверь. Замогильно скрипнув, она распахнулась. Капитан вошел неуверенно, боясь обвала кровли…

Стекла двух окошек выглядели оловянными: казалось, что они вместо света напустили в избу темноты. Капитан разглядел очертания печки и чего-то широкого, смахивающего не то на разложенный диван, не то на низкие деревенские полати.

— Иди ко мне, — услышал он ее низкий голос.

Ощупывая пол ногой, он подошел.

— Ложись рядом, — велел голос.

Приказу капитан не удивился. Он же снял ее в секс-холле. Конечно, ложись. Он сперва присел на край лежака и пошарил рукой. Фонарик бы… Видимо, его пальцы коснулись ее щеки; он чуть было не отдернул руку, потому что щека оказалась холодной и крепкой, словно лежала в холодильнике.

— Ложись, не бойся, — усмехнулся ее голос.

Оперативник себя упрекнул: неужели он боится? Конечно, ложись… Зачем пришел?

Он не лег, а прилег, вспомнив про спички в кармане. Неудобное положение… Все-таки одну чиркнул. И отпрянул, чуть не свалившись на пол…

Обвислая кожа, белые волосинки на голом черепе, желтое лицо, приоткрытый беззубый рот… И вместо глаз пустые глазницы, упертые в капитана чернотой…

16

Капитан прыгнул в темноту, в сторону двери. Под ногами ломко хрустнула половица. Оступившись, ударился лбом о косяк и выскочил в ночь. Рослые лопухи хлестали по коленям. Какие-то стебли цеплялись зло, как мелкие собачонки…

На взгорке Палладьев остановился. Куда он бежит? Неужели струсил? Усмехнулся он надменно: струсил, потому что не понял увиденного. Естественная реакция человека. Он и сейчас не мог взять в толк, что же с ним произошло. Во всех случаях заячье бегство опера не красит. Да и не бывало с ним подобного даже при смертельной опасности. И капитан решил вернуться. Огладив кобуру пистолета, он сошел вниз и двинулся к избам. Ходил от одной к другой, от глухих дверей к забитым окнам. Бродил, пока не понял, что нужную избу в темноте не отыскать. Лучше утром.

Но до утра надо еще дожить. Ночь прошла, как говорится, не совсем штатно. Мешали какие-то ползучие мысли, в юриспруденции именуемые версиями. Мучил один главный вопрос: докладывать ли майору? Если докладывать, то как и что? Майор непременно спросит о свидании с Зеленой Сущностью. Разумеется, даст совет, но сперва обматерит — найдет за что. Капитану хотелось поговорить с Рябининым, который вообще не матерится и не всегда понятен, но сейчас не хватало именно его мыслей. Решение этих тактических вопросов капитан отложил на завтра — после визита в деревню Низы.

Утром он позвонил участковому Кумакину:

— Лейтенант, свободен?

— Относительно.

— Тогда жду тебя у кафе, у «Секс-холла». Прошвырнемся в деревню Низы.

— Не моя земля, товарищ капитан.

— Знаю, но в порядке помощи уголовному розыску.

— Буду.

Из-за этого лейтенанта настроение у Палладьева совсем упало. Зачем его брать? Неужели все-таки подсознательно струсил? Но успокоился, когда пришел ответ — оттуда, из подсознания: он хотел, чтобы виденное им увидел кто-то еще. Свидетель. Ведь ему могло и показаться, ему могло и почудиться. В темноте-то заброшенной деревни…

Прямая тропинка до Низов «жигуленку» не годилась. Пришлось огибать лес по проселочной дороге. Участковый сидел молча и сурово, преисполненный ожиданием работы.

— Операция какого характера, товарищ капитан?

— Хрен ее знает, — честно признался Палладьев. — Лучше расскажи, как у тебя дела?

— Взысканку шьют.

— За что?

— В морду дал, а оно заверещало на всю улицу.

— Ударил женщину?

— Нет.

— Но человека?

— Не человека, а педераста.

— По какому же поводу ударил?

— Без повода, противный шибко. Ведь Содом и Гоморра погибли из-за педиков?

— Из-за них, — подтвердил капитан…

Если ночью деревня Низы выглядела как в фантастическом фильме, то днем смотрелась как после землетрясения. Нужную избу Палладьев увидел скоро. Участковый напрягся и шагнул в дом следом за капитаном.

Та изба, та самая… Печка, гниловатый пол, стекла окон свинцового блеска… Низкие полати, накрытые одеялами… Где вчера лежал Палладьев и хотел обнять труп.