— Если он сейчас начнет палить мне в… в спину, — не унимался Егор, — то винить во всем я буду вас.

— При чем здесь я? — возмутилась Троечка. — Это же он застрял!

— Пропихни его.

— Да? Ладно, сейчас попробую.

Она стала поворачиваться, подогнув под себя ноги и упираясь руками в стены. Оказавшись головой к Егору, Троечка легла на спину. Теперь Атила разглядел и вправду довольно узкое отверстие. Агриппа застрял, оказавшись наполовину снаружи, наполовину внутри. Жалобно мыча, робот извивался и сучил ногами.

Лежа на спине, Троечка запрокинула голову и покосилась на Егора.

— Что ж делать, попробуй… — сказал он.

Она согнула длинные ноги так, что колени прижались к груди, и резко выпрямила.

Лязг и вопли наполнили трубу. Агриппа судорожно заскреб конечностями по бетону, перевалился через край отверстия и исчез внизу. Мгновение было тихо, затем пронзительное «бряц-бряц-бряц!!!» возвестило о том, что тощее металлическое тело вошло в соприкосновение с чем-то твердым. Судя по продолжительности звука — с несколькими ступенями. Стало тихо, а потом знакомый голос произнес:

— Йо!

Под потолком горела тусклая лампочка без абажура. От покосившейся двери вверх вели три ступеньки, дальше начинался коридор с облезлыми обоями на стенах.

Егор следом за Троечкой спрыгнул на грязный пол. Груда металлических костей на ступенях зашевелилась. Из нее показалась рука-лопата, ухватила валяющиеся рядом треснувшие линзы и убрала куда-то. Потом Рипа встал.

— Чё? — Он огляделся. — Ну, ясно! Вы таки притащили меня сюда.

— Куда? — спросил Егор.

— В логово Меркюри. Надо валить побыстрее… — Рипа повернулся к двери, но тут она сама раскрылась, и робот отпрянул от тех, кто вошел внутрь.

— Ты смотри, — прошептала Троечка. — Черные роботы…

На верхней ступеньке стояли три здоровяка из иссиня-черного металла. У роботов были могучие плечи, толстые руки и ноги. Короткие широкие шеи поддерживали головы, напоминающие выкрашенные ваксой страусиные яйца. На покатых лбах играли световые блики. На шее одного, самого здорового, висела толстая металлическая цепь.

— А? — произнес богатырь. — Расслабьтесь, братья, это всего лишь Рипа…

Он и еще один робот держали в руках пистолеты с короткими широкими дулами. У третьего правой руки не было, вместо нее на плече имелась турель с длинным стволом.

— Откуда ты свалился? Босс как раз приказал разыскать тебя…

— П'енза, брат! А я сам п'ришел! — Рипа покосился на Егора с Троечкой и тихо выругался. — Зачем искать? Еще и двух кентов с соп’ой привел, видишь…

— Вижу, — Бенза окинул их взглядом. — Интересные у тебя друзья.

— Типа того, п'рат.

— Ладно, пошли, — богатырь шагнул в коридор.

— Вы идите, а я вас догоню, — сделал Рипа неудачную попытку. — Щас, только по одному дельцу сп'егаю…

— Знаем мы твои дела, братишка. Топай, топай.

Коридор повернул под прямым углом и стал шире. Больше всего это напоминало ночлежку. Под потолком висел чад, из-за тянувшихся с двух сторон дверей доносился шум голосов, лязг, звуки перебранок. В дальнем конце коридора стояла плита, на которой что-то булькало в большом тазу.

Бенза ключом отомкнул замок и раскрыл одну из дверей. За ней оказалась узкая крутая лестница.

— Сюда давайте.

Черные роботы шли уверенно и неторопливо, чуть покачиваясь, Рипа переставлял ноги по ступеням, как пьяница на ходулях. Вверху была площадка, потом еще одна лестница, совсем уж крутая и узкая. Они миновали второй коридор, пересекли захламленную кладовую. В тенях на другой ее стороне пряталась очередная дверь, широкая и очень крепкая с виду. С глазком.

Богатырь нажал кнопку звонка. Глазок мигнул, в двери щелкнуло, и Бенза толкнул ее.

— Не тушуйся, Рипа. Входите.

В большой комнате стояла пара шкафов, стулья и стол. Под стеной примостился огромный сейф. В стене было окно без стекла, но с решеткой. За окном — широкая улица-коридор с бетонным потолком.

Спиной к окну за столом сидел высокий робот. Не черный, а как бы смуглый — его тело покрывал налет темно-серого хрома.

Два черных робота встали слева и справа от закрывшейся двери, а Бенза шагнул к столу.

— Босс, глядите, кто заявился.

— Рипа, брат… — Голос Меркюри был хриплым и таким низким, что от его звуков пробирала дрожь. — Долго ты не наведывался к нам…