— Оно и видно, что думать не ваша стезя. Не провоцируйте зверей. Раз всё чисто, вперёд. Вторая схема движения.

— Есть, капитан! — послышался хлесткий удар, треск сломанной ветки и удаляющиеся шаги.

Исполин от резкого звука дернулся и сдвинулся, переступив через Кристин. Земля сотряслась у левого бедра. Шумное дыхание стало тише, и дрожь повторилась слева, уже слабее. Ещё несколько ударов тяжелых копыт ниже по склону. Постепенно всплески вибрации смещались дальше и становились всё тише.

Она обмякла, растекаясь по земле безвольной амёбой. Мышцы дрожали и отказывались подчиняться. От холодной испарины пробрал озноб. Дышать всё ещё было трудно. Чудо, что сознание не потеряла.

Далеко не сразу Кристин удалось заставить себя подняться. Ноги ещё дрожали, но уже совсем стемнело, и надо было возвращаться. Неизвестно какие ещё могут вылезти хищники ночью. Она так и не удосужилась ознакомиться с отчетами исследователей об известной на сегодняшний день фауне Ланарка II. Большое упущение.

Поэтому не стала ждать, пока сможет нормально передвигаться, подняла рюкзак с таяром и, пошатываясь, побрела к комплексу.

***

В коридорах освещение уже переключили на ночной режим. Тусклый синий свет слабо разгонял темноту. В гулкой тишине звук её шагов разносился далеко. Но к счастью, по пути в комнату никто не попался. Видимо, время совсем позднее уже. Заперев дверь, Кристин первым делом залезла под горячий душ. Руки и ноги до сих пор тряслись, она никак не могла согреться. Опустилась на корточки под струями горячей воды и расплакалась, вместе со слезами давая выход отголоскам пережитого ужаса.

Когда немного успокоилась, ещё десяток минут наслаждалась горячими струями на спине, давая теплу проникнуть внутрь. Потом поднялась и тщательно вымылась, пытаясь смыть саму память о случившемся. Понимала, что это наивный самообман, но иначе вообще не уснёт.

Впрочем, сон и так приходить отказался. Она пролежала в кровати, завернувшись в кокон из одеяла, довольно долго. Согреться — согрелась, но мысли о случившемся выкинуть из головы не могла. Подскочила, выпутываясь, сгребла скинутую на пол перед душем одежду и остервенело закинула в стирку. Выпавший лингводекодер стукнулся об пол.

Кристин испуганно подхватила его и осмотрела. Снаружи вроде цел. Включила режим обучения языку. Раздались фразы на тланском с переводом. Облегченно выдохнула — работает. Видимо, замененный корпус из-под медицинского сканера оказался прочнее, чем родной. Либо, в принципе, удар посильнее нужен, чтобы повредить прибор. Значит, одной головной болью меньше. Выключила лингводекодер и положила на полку рядом с таяром. Сейчас не хотелось изучением языка заниматься. И оставаться одной тоже.

Она натянула на запястье свой рутер и нажала быстрый набор отцовского номера. Гудки шли, но папа не отвечал. Она горько усмехнулась и сбросила вызов.

Подумав, набрала Елену Витальевну. Почти сразу соединение установилось, и над экраном развернулось голографическое изображение симпатичной женщины в белом халате, с заколотыми на затылке светлыми волосами.

— Кристина? Привет, — Елена Витальевна тепло улыбнулась ей с голограммы.

— Здравствуйте, теть Лен. Я не помешала? — Кристин постаралась говорить как обычно.

— Нет, конечно. Рабочий день давно закончился. Мы с Ингой просто задержались, чтобы закончить анализ, не хотелось завтра утром на это время тратить. Но уже сворачиваемся.

— Ясно, — голос всё-таки дрогнул.

— Паршиво выглядишь, — Елена Витальевна резко посерьезнела, внимательно рассматривая её и быстро стягивая свой халат. — Что случилось? Рассказывай!

— Я не хотела бы по рутеру. Мы можем встретится?

— Конечно. Только ты ж у меня после приземления ещё не была. Быстро не найдёшь. Сейчас сама к тебе подойду. Жди!

Изображение на рутере погасло. Кристин облегченно выдохнула и наткнулась взглядом на таяр на полке. Чертыхнулась и бросилась прятать улики. Рассказывать о несанкционированных встречах с тланом она пока не собиралась. Подхватив с полки таяр с лингводекодером, лихорадочно огляделась, а потом быстро засунула компрометирующие вещи в шкаф под одежду, закрыла дверцу. Снова окинула взглядом свою комнату, но ничего недозволенного больше не увидела.

Скоро раздался сигнал оповещения на входной двери. Она бросилась открывать. Елена Витальевна с порога крепко обняла её, отстранилась на длину вытянутых рук и вгляделась в осунувшееся лицо:

— Вживую ещё хуже выглядишь. Рассказывай, что стряслось.

Кристин впустила её, снова заперла дверь и забралась с ногами на кровать. Тетя Лена присела рядом.

Сбивчивый рассказ о близком знакомстве с местной фауной много времени не занял. Людей она решила не упоминать. В конце концов это ведь не ложь, просто полуправда. А умолчание обманом не считается.