— Настало время перекусить, — сказал я полковнику. — Потом дружно пойдём дальше на запад и вычистим все на обратном пути в сторону границы зоны Аномалии, а оттуда уже домой.

— Одобряю ваш план, Иван Владимирович, — с едва заметной улыбкой сказал офицер, с уважением глядя мне в глаза.

Перед этим он бросил взгляд на большое количество отвратительных монстров, которых мы только что перебили. При этом у нас не было ни одного раненого бойца.

Почти две тысячи человек расположились на открытой всем ветрам поляне и уселись на пожухлую темно-синюю траву, достали свои армейские сухпайки и термосы. Разумеется, не обошлось без назначения часовых, но те, кто уже поел, заменяли тех, кто следил за округой.

Со стороны казалось, что мы сейчас находимся как на открытой ладони, но с другой стороны, вражеская авиация нам ведь не угрожает, зато любого, даже самого мало-мальского монстра мы увидим издалека. Так что, наоборот, это место сейчас самое безопасное.

— У вас раненых нет? — спросил я у Зарубина, когда короткий обеденный перерыв закончился.

— Было немного, — кивнул подполковник. — Мы с ними легко справились с помощью выделенных вами эликсиров, так что у нас все в порядке.

— Замечательно, — ответил я с улыбкой. — Значит, идем дальше.

Войско снова разбилось на батальоны, затем на роты и широкой полосой двинулось на запад огромной поляны, прорубая кустарник и подлесок мечами и углубляясь в лес. Через несколько минут на поляне уже никого не было. На память остались лишь трупы монстров, тысячи следов от бронированных ботинок и истерзанный кустарник.

Мы уверенно продвигались по вверенной полосе. Багги приходилось петлять между деревьями и объезжать буреломы. То и дело раздавались выстрелы, уничтожая скопления монстров.

В этой части Аномалии лес немного отличался. Хоть он и был похож цветом листвы и хвои на другие участки, но деревья здесь были не такие высокие, скрюченные, лишь небольшая часть из них имели толстые кожистые листочки, а больше половины — это хвойники. Длина темно-синих и фиолетовых иголок порой доходила до десяти и даже пятнадцати сантиметров.

Один существенный плюс такого леса — лучшая освещенность. Видимо, за счёт этого концентрация монстров здесь была намного меньше, ведь твари Аномалии любят темноту.

Периодически на некотором удалении слышалась активная стрельба слева и справа на разном расстоянии, это работали бойцы других отрядов, периодически расстреливая встреченных монстров.

По пути мы преодолели несколько небольших ручьев, не глубже, чем по колено. Неприятными последствиями были повисшие на ногах довольно крупные слизни, но теперь от воздействия кислоты никто не пострадал, так как эта проблема уже предусмотрена в новой модификации наших доспехов. Бойцы же, не принадлежащие моему роду, справлялись с этим чуть хуже, но в целом мы не сильно замедлились.

— Мне там впереди лесок не нравится, — сказал вдруг Стас.

Я пригляделся и правда увидел, что там листва была существенно гуще, и под сенью деревьев стало темнее.

— Можно подумать, в других местах тебе здесь лес нравится, — усмехнулся Матвей.

— Практически нигде не нравится, — ответил Стас. — Но там впереди мне не нравится больше.

— Почему-то мне кажется, что там будет что-то особенное, — сказал Матвей и без предупреждения произвел несколько одиночных выстрелов в самое темное место.

Лишь мгновение спустя по ушам резанул уже знакомый визг и из лесной чащи высыпали десятка два точно таких же «кротов», каких мы недавно расстреляли в той самой роще на поляне.

— Разве была команда стрелять? — довольно жёстко просил я у приятеля, заряжая тем временем протазан энергией молнии. — Никогда так больше не делай, за это других бойцов наказывают.

— Понял, виноват, исправлюсь, — рыкнул Матвей и принялся стрелять уже прицельно, так как команда как раз таки была отдана.

Другие бойцы тоже открыли огонь. Большая часть трехметровых «кротов» упали, пробежав к нам половину дистанции. Нескольких монстров, бежавших впереди, я прошил насквозь, ловко лавируя между деревьями искрящимся протазаном. Ещё двоих разорвало на части после попадания светящихся голубым длинных стрел, выпущенных из лука Евгенией.

Бой закончился так же быстро, как и начался, но карта нейроинтерфейса подсказывала мне, что это далеко не всё.

— Всем приготовиться, — сказал я чуть громче, чтобы остальные бойцы услышали. — Зарядить усиленные патроны и целится в голову.