Князь прищурился.

— Только не говорите мне, что вы сейчас сложили пальцы крестиком у себя за спиной…

— Ну, раз уж вы попросили — ладно, я вам об этом не скажу, — широко улыбнулся я.

Милорадович покачал головой, но уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Неисправимы… Ладно, продолжайте. Что было после?

Я вкратце рассказал, как именно мы ее снимали. Про то, как Баюн своей магией размягчил клей, пока я страховал рычаг, как я перерезал леску, как загибал усики чеки обратно и, наконец, как развеивал чары скольжения, чтобы эта дрянь не рванула у меня в кармане по дороге на работу.

Судя по короткому, скупому кивку, Милорадович остался в целом доволен моими действиями. Сработал чисто, без лишнего риска, используя доступные ресурсы — кота и ножницы. А это — главное качество для человека на моем месте.

Князь сцепил пальцы в замок, глядя на меня поверх очков. Тон его сменился с доброжелательно-светского на жесткий, экзаменаторский.

— Итак, какие меры безопасности вы предприняли на основе этого опыта? Помимо того, что обезвредили устройство маникюрными ножницами.

Я не стал скрывать. Рассказал ему про идею активной защиты. Про то, что мало обнаружить угрозу — нужно ее нейтрализовать еще до того, как она нанесет ущерб. Про «Тишину» — алгоритм, который не ставит щит, а бьет в ответ, выжигая магическую начинку оружия в момент выстрела.

Милорадович слушал внимательно, кивая своим мыслям.

— Ах, да, — проговорил он, открывая ящик стола. — Я так понимаю, ради этого заклинания… то есть, алгоритма, вы просили данные. Прошу.

Он выложил на стол небольшой, тускло мерцающий кристалл памяти.

Я забрал его, чувствуя приятную тяжесть информации.

— Спасибо.

— Пожалуйста, — князь чуть наклонил голову. — Концепция у вас точно интересная, но звучит непросто. Реализовать такое выборочное срабатывание…

— На самом деле там ничего особо сложного, — возразил я. — Просто натаскать считывающие чары определять оружие, которое стреляет именно в меня. По вектору, по намерению, по всплеску энергии в стволе. В остальном база примерно как у «Стража» — сигнал-точечная реакция. Вопрос калибровки.

— Надеюсь, — скептически хмыкнул он. — А замок на двери поменяли?

— Сегодня заменю, — кивнул я. — Новый замок их, понятное дело, не остановит, раз старый не остановил. Надо привыкать к мысли, что они ко мне могут ходить как к себе домой. Но хоть вид сделаю, что напуган и не хочу повторного визита.

Милорадович прищурился.

— А вы, я так понимаю, хотите?

— Да, — ответил я прямо. — А как иначе?

Князь помолчал, разглядывая меня, словно редкий экспонат в кунсткамере.

— Иначе… Можно, — медленно проговорил он. — Я бы предложил вам погостить в нашем родовом имении. У меня с семьей… неоднозначные отношения, но я все еще Милорадович. Моего друга примут и обеспечат безопасность, которую не пробьет ни одна штурмовая группа. А мои люди тем временем разберутся в ситуации.

Я замер.

О как. Друга.

Я знал, что старый аристократ ко мне благоволит, но услышать такое прямое признание было… неожиданно. И приятно, черт возьми. Это дорогого стоило. Но разыгрывать сцену из этого, рассыпаться в благодарностях или, наоборот, отнекиваться, я не стал. Это было бы неуважительно по отношению к его искренности.

Как решил и не расспрашивать об отношениях с семьей. По той же причине. Если князь захочет — он обязательно мне расскажет сам. А если нет, то и не мое это собачье дело.

— Вынужден отказаться, — твердо сказал я.

— Отчего же? — удивился Милорадович. — Честное слово, никто не вправе упрекать вас за небольшой период отдыха после всего, что вы сделали. Особенно в нынешней ситуации. Тем более, вы можете работать и удаленно, технологии позволяют.

Я усмехнулся. Улыбка вышла недоброй, кривой, но тон я сохранил расслабленный.

— Дело не в работе, Владислав Петрович. Просто это личное.

Лицо князя стало серьезным.

— Примите добрый совет, Дмитрий. С личным будьте особенно осторожны. Эмоции — плохой советчик в войне.

— Если вы пытаетесь сказать про копание двух могил и то, что месть портит карму, прошу, не стоит, — отмахнулся я. — Это не поможет. Я уже все решил.

— О, нет, ничего такого я не имел в виду, — покачал головой князь. — Ваша мотивация понятна и уважаема, а пустое морализаторство оставим философам, которым не стреляли в спину. Я о другом. Если уж взялись бить врага — имейте план, как его уничтожить. Полностью. Чтобы не биться с мельницами, как майор Горюнов, не нанося вреда, но подставляясь под удар.