Кот фыркнул.

А я думал о том, что сейчас мне предстоит еще один бессмысленный допрос, еще одна пачка бумаг и еще час потерянного времени. Но, по крайней мере, ждать допрашивающего я буду в своем кабинете, с кружкой горячего напитка и за работой над «Пульсом».

Враг сделал ход. Я выжил. Партия продолжается.

Про цикорий я сказал совершенно серьезно. Раз уж меня все равно задержали, а стрелок благополучно скрылся, то можно было потратить еще пару минут на бытовые нужды, заглянув в продуктовый магазинчик прямо напротив Министерства.

К счастью, искомый напиток оказался в ассортименте — в красивой мягкой упаковке с изображением каких-то лугов. Правда, процесс покупки несколько затянулся: продавщица, молоденькая девушка, была напугана до икоты недавней стрельбой и звоном разбитых где-то неподалеку стекол. Руки у нее тряслись так, что она дважды роняла мелочь на прилавок. Пришлось потратить полминуты на то, чтобы своим невозмутимым видом и спокойным тоном привести ее в чувство. И вот, с пачкой цикория в руке и выражением лица человека, который просто вышел за хлебом, я, наконец, явился на работу.

Мария с Василисой встретили меня еще у дверей, в «предбаннике» перед турникетами. Откуда знали про происшествие гадать не приходилось, мой новый враг будто нарочно избегал всякой тишины и тонкости в своей работе.

Едва я переступил порог, как оказался в эпицентре локального урагана заботы и паники. Мария что-то лепетала, заметив разорванное пальто и кровавый след, Василиса, бледная лицом, отчитывала меня за неосторожность — она-то, думаю, догадалась, что Баюн мне уже помог. Вопросы сыпались один за другим: «Вы целы?», «Вас ранили?», «Нужно вызвать целителя?»

— Отставить панику, — спокойно, но твердо прервал я этот поток, аккуратно отстраняясь. — Ничего страшного не произошло. Жив, цел… Костюм вот теперь лучше дышит. Работаем дальше, у нас график.

Василиса с Марией переглянулись. В этом взгляде было все: и облегчение, и недоумение, и немой вопрос «из чего этот мужик сделан?» Василиса покачала головой и приложила ладонь к лицу в жесте, выражающем крайнюю степень усталости от моих выходок, но спорить не стала. Люди в холле, увидев, что шоу отменяется, начали неохотно разбредаться по своим делам.

Пока мы шли к лестнице, нельзя было не заметить, с каким нескрываемым удивлением, смешанным со страхом, на меня смотрят сотрудники. Охрана, курьеры, мелкие клерки — все провожали меня взглядами. Да откуда им вообще знать, что стреляли именно по мне? Я ведь не бегал с транспарантом «Я — мишень».

А, ну да. Новости про первое покушение, слухи, сплетни, которые в замкнутом коллективе распространяются быстрее скорости света. Черт бы его побрал. Терпеть не мог, когда на меня пялились, как на ходячий аттракцион, а еще больше не любил, когда из-за моих проблем пугались простые люди, которые вообще ни при чем. Это создавало нервозную атмосферу, вредную для рабочего процесса.

В приемной я положил пачку цикория на стол Марии.

— Мария Ивановна, вот, — сказал я будничным тоном. — Эту штуку тоже теперь можно заваривать и предлагать… Хотя нет, посетителям не предлагать, только мне. Ну и сами можете причаститься.

Мария посмотрела на пачку, потом на меня. В ее глазах все еще стояли слезы, но удивление взяло верх.

— Цикорий? — переспросила она растерянно. — Дмитрий Сергеевич, я думала, его одни пенсионеры пьют.

— Будем считать, что я стар душой, — невозмутимо парировал я. — К тому же, разнообразие — залог развития. Попробуйте, вдруг понравится.

Мария слабо, но искренне улыбнулась.

Вот и хорошо. А то она стрессует и стрессует, накручивает себя. Подумаешь, начальник, как тот ежик, дырочкой в боку насвистывает!

Ей нужно переключиться на что-то простое, понятное и немного нелепое. Цикорий для этой цели подходил идеально.

Я прошел в свой кабинет. Повесил пальто на вешалку, аккуратно пристроил трость в углу, осмотрел стол, заваленный черновиками по «Пульсу».

Ну что ж. Полиция едет, но когда приедет неизвестно, хоть пять минут да поработаю. Как раз достаточно взбодрился для этого процесса.

Полицейские, как ни странно, не заставили себя долго ждать — явились спустя всего одну кружку цикория. Разговор с ними, как и ожидалось, ничего интересного не принес. Спрашивали, что видел, как все происходило, приметы стрелка. Тут я их ничем порадовать не мог — снайпера не рассмотрел, разве что машину описал и указал, что он бросил винтовку на крыше. Хотя сомневаюсь, что и она поможет — наверняка была заколдована на самоуничтожение, или что-то в таком духе.