— Но кто-нибудь может заметить, как я залезаю! — продолжала сопротивляться Повилихина.

— А мы им не позволим.

Егерь ненадолго ушел в себя, словно бы прямо так, стоя, упал в медитацию. А потом что-то прохладное обволокло Машу со всех сторон. Она подняла руку, и не смогла различить её очертаний.

— Что это? — с некоторой опаской спросила она.

— Маскировка, — подтвердил очевидное Терентьев. — Ты ведь знаешь, где моё окно?

— Знаю, — кивнула Маша.

Она и мимо ходила, и даже несколько раз стояла поодаль, глядя на занавески за стеклом. И представляла… Всякое, в общем, представляла.

— Тогда иди туда и жди. Я изнутри окно открою, а ты залезешь.

Операция прошла как по маслу. Правда, в юбке лазать в окно не слишком удобно. Но эти неудобства быстро перекрылись неожиданным уютом небольшой комнаты, сытным, хотя и не слишком вкусным, ужином и, наконец, горячим чаем.

— А мёд? — спросила Маша, уже согревшаяся, наевшаяся и несколько разомлевшая от всего этого.

— Один момент.

Иван вынул из шкафа знакомого вида туесок, открыл и предложил девушке тонкую палочку. Сам взял такую же и продемонстрировал, как нужно употреблять продукт.

На какое-то время все разговоры прекратились. И хозяин, и гостья пили чай, наслаждаясь мёдом.

— Удалась ли прогулка в прошлые выходные? — спросила Маша, покончив со вкуснятиной.

— Как тебе сказать? — пожал плечами Терентьев, припоминая недавние события на лугу. — Главная цель была достигнута. Правда, кое-кому мои действия пришлись не по нраву, но этим господам недостало убедительности, чтобы настоять на своём.

Маша, расшифровав сообщение и чуток подумав, спросила ещё:

— Господа — это примерно такие же, как в лавке «Волков-связь»?

— О, нет, — абсолютно искренне и, главное, правдиво заявил егерь. — На этот раз не было ни одного наёмного убийцы.

— Что ж, это радует, — согласилась Повилихина и решила больше не уточнять.

Потому что и без того было ясно: если несогласные люди убийц не нанимали, стало быть явились лично. Но поскольку переубедить их удалось, значит, Разбойный приказ не остался без работы.

— А в следующие выходные ты снова собираешься гулять? — поинтересовалась девушка.

— Исключительно по центру столицы, — не стал таиться Иван. — У меня есть одно обязательное дело: примерка костюма для княжеского бала. А после этого я совершенно свободен. Разумеется, возможны внезапные обстоятельства. Например, срочный вызов к самому князю. И сразу хочу предупредить, что неприятные граждане тоже возможны. Не то, чтобы они обязательно должны появиться. Но в последние недели они возникают на моём пути с удручающей регулярностью.

— Знаешь, — чуть подумав, сказала Маша, — у меня на это воскресенье тоже имеется лишь одно дело. Оно тоже связано с примеркой и тоже в центре Волкова. Можно прогуляться с примерки на примерку, а после — куда захочется. Например, заглянуть в кофейню.

— И взять кофе с пирожными, — улыбнулся Иван. — А как же нехорошие антисоциальные господа?

— Меня они не испугают, — заявила Маша. — Если ты помнишь, я в Аномалию ходить не боялась. Что мне какие-то там нехорошие люди!

И, окончательно осмелев, чуть приподняла подол юбки, демонстрируя пристёгнутую поверх чулка потайную кобуру с воздушником.

— Да ты вооружена и очень опасна! — без тени насмешки заметил Иван. — Тогда идём. Две примерки, и кофейня с пирожными. На мой взгляд, неплохая программа.

Терентьев наклонил голову, внимательно присмотрелся к своей гостье, вызвав у неё некоторое смущение и даже лёгкий румянец.

— У тебя новые серёжки? — спросил он, закончив осмотр. — Интересная форма. Тебе идёт.

Противный румянец развился, усилился и распространился почти на всё лицо.

— Правда? — недоверчиво переспросила Маша.

— Абсолютная, — заверил её Иван. — Я никогда не лгу детям и молодым девушкам.

— Стало быть, старым девам ты можешь и соврать, — улыбнулась молодая девушка.

— Разумеется. Особенно в том, что касается их внешности. Ведь если я скажу правду, меня могут избить зонтиком! И Разбойный приказ посчитает это справедливым.

Маша звонко рассмеялась и тут же спохватилась:

— Ой, мы тут с тобой болтаем, а в других комнатах нас не услышат?

— Ни единого словечка. Даже если станут подслушивать под дверью.

— Ну тогда ладно, — успокоилась девушка, — Но мне, наверное, уже пора. Меня не увидят вылезающей из окна?

— Нет.

Иван снова ненадолго погрузился в медитацию, и вновь Машу обволокла прохладная пелена.