Я лишь благодарно сложил руки в молитвенном жесте и откинулся обратно. Вместо рюкзака сзади обнаружилась вторая чародейка из группы – бытовой маг Герда. С этой рыжеволосой фигуристой красавицей у нас сразу образовалась своеобразная химия, благодаря которой из-за спермотоксикоза мне страдать не приходилось. Правда, себя я при этом чувствовал всего лишь очередным «скальпом» в списке достижений магички. Что, впрочем, нисколько меня не смущало – с вероятностью процентов дохрена я с ними только до Кадгара, неофициальной восточной столицы Вольных земель. А там будем прощаться.

Поудобней умостив голову на коленях у девушки, я решил немного вступиться за боевика.

– Чтобы заниматься конструкторством, нужен особый склад ума. Я это говорю не из-за бравады – любой неловкий чих может тебе голову снести, так как заклинание до тебя ещё никто и никогда не использовал. Поэтому я могу понять Алика. Другое дело, что себя я гением в этой сфере не считаю – собственно говоря, поэтому и пытаюсь профессию сменить, пока живой.

Мастер Майснер лишь фыркнул, как бы поддерживая. Затем покосился на Лауса, севшего немного в стороне.

– Посты расставлены, сигналки подключены. Можно отдыхать.

– Вот и хорошо, – к нам приблизилась тётушка Тома, несущая здоровенный поднос. За ней семенили парочка поварят. – А самый лучший отдых – после сытного ужина. Разбирай, молодёжь.

Майснер фыркнул повторно. Ну да, пусть на вид мы и выглядим куда моложе женщины – даже артефактору можно было дать от силы тридцать пять – по факту думаю, я единственный, кому здесь меньше сорока. И то, неофициально – так как все уверенны что я уже не одну сотню разменял.

Разобрав тарелки – сегодня на ужин была ароматная каша с кусочками мяса и какой-то чай – и рассевшись вокруг костра, все застучали ложками. Охрана и прислуга ужинали отдельно, поэтому сейчас здесь присутствовали только чародеи – шестеро, включая меня, Лаус, Тома и близняшки. Девочки были дочерями мастера – их мать умерла при родах, оставить было не с кем, поэтому с первого же года жизни Лите и Лине пришлось стать чем-то вроде талисманов каравана, путешествуя по всему региону вместе с отцом. Неутомимая завхоз, насколько смогла, заменила им и маму, и бабушек и няньку.

– Тёть Том, спасибо за ужин, всё было как всегда изумительно, – Герда поставила свою чашку на поднос и потянула меня в сторону вагончиков. – Что-то я замёрзла, поэтому забираю свою волосатую грелку. Всем доброй ночи!

– Эй, я не волосатый! – ради приличия возмутился я, впрочем, практически не сопротивляясь.

– А я не замёрзла, – зашипела мне в ухо девушка. – Но в присутствии детей говорить прямо не хотелось…

Некоторое время спустя, когда волшебница уже уснула, я аккуратно выбрался из кровати – нам (вернее, ей) выделили уголок в одном из вагончиков, который мы накрывали звуконепроницаемым пологом – и вылез наружу. Сначала заглянул в кустики, затем – в походный душ, представляющий собой огороженную площадку с двумя бочонками воды, закреплёнными на крыше одного из вагончиков – холодной и тёплой, нагреваемой за счёт заклинания.

На обратном пути на глаза попался Лаус – старому вояке почему-то не спалось. Не удержавшись, я присел рядом и поддал жару в костре, который поддерживался за счёт магии – имея в своём составе пятерых одарённых, было бы странно, если бы караван запаривался с дровами.

– У тебя бывает такое, когда не можешь толком объяснить почему – но как будто какое-то странное предчувствие… – первым завёл разговор наёмник. Матёрый мужик лет пятидесяти от роду, он никак не производил впечатление любителя пофилософствовать или просто поделиться своими чувствами, поэтому вслух я только неопределённо хмыкнул. Одновременно с этим просматривая округу со спутника. Никого. Ближайшее крупное животное в нескольких километрах отсюда, ближайшие люди – в деревне, которую мы собирались посетить завтра к обеду. И, учитывая, что местные тех же дисов «спалить» не могут, а я с орбиты вижу всех до единого… Думаю, не сильно совру, если скажу, что от меня скрыться невозможно в принципе.

– Интуиция – штука неоднозначная, – продолжать свою мысль мужик не спешил, поэтому пришлось отвечать. – Лично я в полноценные пророчества не верю, так как ни разу даже не читал о том, чтобы хоть одно из них сбылось. Есть у меня пара мыслей, почему предчувствие на самом деле может оказаться правдивым… Но конкретно сейчас угрозы я не вижу. На километры вокруг – никого.

– И что это за мысли? – воин присел поближе к огню, грея ладони. Старость, кости ломит?

– Первое – это моё личное объяснение интуиции и предвидения. Вот ты же можешь просчитать, что случится, если ты, например, сейчас оставишь оружие и еду здесь, а сам в лес пойдёшь? Можешь – тебя или зверь загрызёт, или от голода помрёшь. Это ты просчитал сознательно. Точно так же, сам того не понимая, человек может просчитывать куда более сложные варианты – уже подсознательно. И результат потом ему будет казаться просто предчувствием или «мне приснилось». Наш случай?

– Не думаю, – покачал головой Лаус, который уже вернулся на скамейку и теперь внимательно меня слушал. – Я не могу даже сформулировать и описать это ощущение…

– Значит, второй вариант. Когда в последний раз на караван кто-то нападал?

– В прошлом году, – пожевал губами наёмник. – Возле Навруса нас десяток каких-то крестьян остановил. Мы так и не поняли, на что они рассчитывали.

– А до этого?

– Ох, даже не вспомню толком… наверное, в Алакауре. Но то не нападение было – мастер Майснер с кем-то из партнёров поспорил, дело до крови дошло. Так, а на что ты намекаешь?