— Просто не будьте капризным ребёнком, Юлианна. Мы, между прочим, вас охраняем, — с нажимом произнёс он, наклоняясь неприлично близко.

— И смотреть тоже запрещено? — я встретила его взгляд с самым невинным выражением лица.

Раздражать этого нервного надсмотрщика было, пожалуй, единственным развлечением. Я не бросала откровенных вызовов — только мелкие уколы, точные и своевременные, пользуясь его напряженностью.

Иларион, судя по тому, как перекосилось лицо, уже готовился выдать колкость в ответ. Но в зале прозвучало моё имя — и он вынужден был отступить.

Вот теперь стало по-настоящему страшно.

Платье вдруг показалось неудобным, туфли — тесными, а взгляды гостей, скользящие по мне, — угрожающими.

Идти демонстрировать искусство оттаптывания ног принцу ощущалось как путь на эшафот. Я привлекла слишком много внимания — и это было плохо.

Что ж, по какой бы причине Фредерик ни отменил ривентар, он оказал мне услугу.

Тальмез — быстрый танец, который, по словам Арсо, не достоин звучать на балу Императора. По ритму и движениям он больше напоминает детские дурачества, чем полноценное выступление.

Именно это давало надежду, что я всё же доживу до момента, когда вернусь в Академию.

Опустив голову и уставившись в пол, я подошла и окинула взглядом черные ботинки Фердинанда.

— Позвольте пригласить вас на тальмез, леди Свон, — прозвучал безразличный голос.

Как он только успевает менять свои маски?

Я старалась удержать свою. Как учил Сильвен, присела, а затем — не поднимая взгляда — вложила свою руку в холодную мужскую ладонь.

— Это честь для меня, Ваше Высочество, — невнятно пробубнила.

В ответ на талию опустилась тяжёлая рука. Уверенно, по-свойски, Фердинанд привлёк меня ближе… а потом ещё ближе — опасно близко.

Быстрая мелодия, врываясь в зал, пробежала по коже мурашками, и он подтянул меня вплотную, сокращая и без того опасное расстояние.

— Всё почти обошлось, Юли. Просто не делай глупостей и до конца вечера держись рядом с Иларионом.

Слова коснулись кожи вместе с тёплым дыханием, заставляя вздрогнуть.

Слишком ярко вспыхнули воспоминания о нашем поцелуе, и я поспешно отогнала их, напоминая себе, как он открывал Бал с Мишель.

Всё это было слишком странно. Игра принца с лордом Сантэй выглядела чересчур убедительной — и ее видели все. А со мной всё происходило за закрытой дверью.

Пришлось вцепиться покрепче в холодную ладонь, чтобы не поднять взгляд. Хотелось увидеть ответ в его глазах… но я сдержалась.

“Всё почти закончилось. И всё почти обошлось,” — мысленно повторила.

Почти? Или всё-таки обошлось?

Я ощущала, как спину прожигают чужие взгляды, а музыка казалась слишком громкой. Но Фердинанд так легко вёл меня в танце, что только это давало ощущение мнимой безопасности.

— Ты молодец, — прошептал он, коснувшись губами моей руки. Музыка стихла. — Благодарю за танец, — произнес уже на публику.

Принц ушёл, а я побрела к любимой колонне и оперлась спиной о холодный камень.

Всё. Теперь осталось получше спрятаться и дожить до конца вечера.

Ну и усмирить вихрь мыслей, сомнений и страхов.

***

Погруженная в избыток впечатлений, я не сразу уловила, что что-то не так.

Первые полчаса всё шло, как обычно: смех, музыка, шепот, плывущий эхом по залу. И я — сторонний наблюдатель.

Обстановка скуки резко изменилась, когда взгляд уперся в протянутую ко мне руку. Молодой маг стоял напротив и с улыбкой сверлил меня взглядом.

Он не был слугой — он был гостем. Гостем, который каким-то образом подобрался вплотную и заметил меня даже за тёмной колонной.

Вместо ответной улыбки, как учил Сильвен, моё лицо невольно вытянулось от удивления.

— Ваш кавалер, кажется, занят. Позвольте составить вам компанию, леди Свон, — прошелестел голос блондина, и по спине скользнул холодок.

Я не видела его ни на Приёме, ни на Банкете.

— Простите, но я всё же предпочту остаться здесь, — попыталась вежливо отказать.

Улыбка мужчины растянулась в оскал.

Уже догадываясь, что происходит, я медленно обвела взглядом зал.

Фердинанд стоял ко мне спиной, что-то обсуждая с лордом Сантэй. Сильвен был поглощен инструкциями Императора. Иларион… исчез.

— Не истерите, леди Юлианна. Мы ведь не хотим еще одной сцены. Вы уже достаточно опозорились. К тому же вас ждут за дверью. Скандал ничего не изменит, — произнёс незнакомец, легко скользя взглядом по сторонам.