Наверное, потому, что я понимала: придуманный Фердинанд сказал именно то, что я предпочла бы услышать. В реальности дела могут обстоять иначе.

Поёрзав в объятиях мужчины, я села. Воспоминание о том, что впереди ещё одно испытание, отогнало спокойствие и развеяло магию пляжа.

Взгляд скользнул по лунной дорожке, а с груди вырвался обреченный вздох.

Если о проблемах не думать — они не уйдут. Если думать о них слишком часто — можно сойти с ума.

Почувствовав, как горячая ладонь коснулась спины, я обхватила ее своей. Внезапное желание нырнуть и ощутить на коже соленую прохладу затмило все, даже голос разума.

— Пойдём искупаемся. Я уже сто лет не была на море, — тихо сказала и потянула свою выдуманную компанию к воде.

***

Прежде чем я успела нырнуть, меня поймали горячие руки Фердинанда.

— Постой, Юли, — остановил он, прижимая к себе и не позволяя зайти глубже.

— Юля, — напомнила я, и мужчина тряхнул головой и улыбнулся.

— Юля, — неуверенно повторил он. — Это опасно. Ты не умеешь плавать.

Тихо засмеявшись, я коснулась гладкой щеки ректора и уперлась ладонью в его грудь.

— Это же мой сон, а значит, я всё умею, — довольно сказала, но хватка ректора не ослабла. — Не бойся, это сон. Тут невозможно утонуть.

Попыталась его успокоить, и тут на лице Фердинанда мелькнула тень сомнения.

— Амулет. Ты спишь до утра, помнишь? — напряженно произнес он. — У всякой магии есть свои подводные камни, сладкая. Я не уверен, что произойдёт там, если ты погибнешь тут. Давай мы просто посидим на песке... или отправимся ещё куда-нибудь, — ласково предложил.

Ни слащавые нотки, ни нежные поглаживания, которыми он пытался меня образумить, не сработали. Я чувствовала, как он напряжен, и видела эту складку между бровей.

Фердинанд становился почти тем занудой, которым я его знала, и сон начал терять свои краски.

— Это ведь сон? — ещё раз уточнила я, и ректор уверенно кивнул.

— И это не ты в моей голове, а просто образ, который я придумала? — задала более конкретный вопрос.

Уж слишком всё было реалистично — и его реакции, и мои ощущения.

Зная чудище, он вполне мог провернуть какой-нибудь магический фокус и сейчас сидеть в своём кабинете, наблюдая за моим сном.

Второй кивок был уже не столь убедительным, и я напряглась.

Кажется, не такой он и придуманный.

"Если вам кажется — то вам не кажется."

Не помню, где это услышала, но хорошо запомнила.

Я знала, как выяснить, настоящий он или нет. Нужно просто сказать чудищу нечто такое, что выбьет его из роли покорного и доброго принца.

Рассказать то, что заставит его всерьез разозлиться...

Слова слетели с губ, прежде чем я успела подумать о последствиях.

— Ты знаешь, я с детства хорошо плаваю. Папа отдал меня в бассейн в семь лет, а муж постоянно возил на озеро. Правда, только первые пару лет, но всё же, — сказала я, и глаза державшего меня мужчины сузились до узкой щелочки.

— Я не понимаю, Юли... Какой муж? — с подозрением спросил он.

— Законный. Копия вашего Николаса. Только в моём мире мы действительно поженились, — ответила я, и руки на талии превратились в железную хватку.

— Ты... захватчица? — выдохнул Фердинанд.

Настороженность. Растерянность. И почти нежная тревога — будто он отказывался принять это, надеясь, что я сейчас рассмеюсь и скажу, что пошутила.

Это всё ещё была не злость. А значит, недостаточно. И я продолжила.

— Нет, что ты. Это Юлианна – захватчица. Это она захотела поменяться, а меня не спрашивали. В один прекрасный вечер без предупреждения закинули в странный мир. В тело девочки, которая была на грани – одинокая, потерянная, не нужная даже собственной матери. И вот я тут – разбираю чужой бардак, — проговорила я наигранно весело.

Почему меня прорвало именно сейчас? Непонятно.

Потому что я давно хотела всё рассказать?

Потому что тут не было так страшно?

Или потому что во сне меня не могут казнить?

Много причин и один факт: Фердинанд смотрел на меня и явно о чём-то размышлял. Будто всерьёз думал — продолжать ли играть в сон или показать, что это совсем не сон и мне конец.

Реакция чудища была неожиданной.

Вместо криков, что меня нужно казнить, он просто подхватил на руки... и понёс в воду.

— Что ты делаешь? — спросила я странно притихшего мужчину.

Он нёс меня, пока глубина не достигла плечей — а значит, мне была бы выше головы.

— Ты же хотела поплавать, — напряженно сказал Фердинанд, а потом отпустил.

Инстинктивно я обхватила его за шею, чтобы не уйти под воду, и мужчина придержал меня рукой.

— Разве ты не умеешь плавать? — наигранно удивлённо спросил он.

Странная игра, правила которой мне не объяснили.

Но я всё же подавила внутренний страх и попыталась удержаться на воде.